Илья Красиков не хотел приключений и перемен в жизни. Его вполне устраивало то, что у него было на данный момент, – учеба в неплохом вузе, друзья, девушка, перспектива найти хорошую работу. Но судьба не спрашивает нас о наших планах — она лишь дает предначертанному свершиться… Илье было суждено вскоре разом потерять все, что он имел, и пройти через тюрьму, предательство, суд, испытания. И в итоге — получить такую жизнь, о которой он даже не мечтал, — полеты в космос, столкновение с неизведанным, приключения, новых друзей и новых врагов.
Авторы: Кисличкин Михаил
и жизненными взглядами, вынужденный волею обстоятельств быть вместе. В 124-й роте все были разные и одновременно одинаковые. Не было откровенно глупых, откровенно агрессивных или забитых парней с синдромом жертвы. Были собраны люди с разными характерами и разными темпераментами, но общего уровня воспитания и схожим мировоззрением. Любой человек, приходящий в новый коллектив, сразу чувствует в нем своим подсознанием «своих» и «чужих», причем первое мнение, обычно бывает самым верным. В этом коллективе, во всяком случае, у Ильи точно, подсознание резко «чужих» не находило. Скорее были более «свои» и менее «свои».
Всего было четыре взвода, отличавшиеся лишь графиком занятий. Илья был в первом. Взводами командовали такие же, как Илья новобранцы, которым «условно», до окончания учебного периода, присвоили звания сержантов. После учебы условные звания обещали превратить в настоящие. Профессиональные офицеры в званиях от капитана до подполковника, напрямую ротой не руководили, а были закреплены за определенным родом учебных занятий. Впрочем, они вполне могли дать приказ, или наложить наказание, выходившее за пределы ведомых ими занятий. Обязанностью назначенного сержанта было проконтролировать исполнение, и это было серьезно. В первом же случае, когда наказанный Липатовым за неопрятность парень не стал в личное время перед отбоем мыть коридор общежития, а недавно назначенный «сержант» не принял никаких мер, привел к замене командира взвода и гораздо более жесткому наказанию обоих. Тот коридор они на пару драили почти сутки. Сначала мыли, потом приходил Липатов, заставлял бежать два километра, потом приказывал мыть уже чистый коридор снова, и опять бежать два километра. А потом снова мыть. И так 18 часов подряд. Одного этого случая хватило, чтобы панибратство между сержантами и рядовыми в вопросах выполнения приказов, исчезло напрочь.
Всей частью командовал полковник Васнецов, тот самый, который перед строем новобранцев впервые произнес речь о проекте. Обычно он присутствовал на утреннем разводе, но пока лично в жизни новобранцев не участвовал, находясь на недосягаемом олимпе должности «главного руководителя».
В конце первого месяца обучения, к удивлению Ильи, в роте дали увольнение для первого и второго взводов. В следующие выходные обещали увольнение третьему и четвертому, так что Илья попал в первое для роты увольнение. Рано утром в субботу, переодетых в гражданское платье парней, двумя старенькими вертолетами ми-172 перебросили на какой-то полевой аэродром рядом с Архангельском, а потом автобусом привезли в центр города. Для возвращения обратно в часть надо было быть в сборе на том же месте к 18-00 воскресенья.
Ходить общей группой никто не захотел. Илья с Сашей и Борисом (они все попали в первый взвод), прошли по Садовой улице и вышли на набережную Северной Двины, откуда открывался великолепный вид. Широкая гладь реки, блестя под яркими бликами от июньского солнца, неторопливо катила свои воды к Белому морю. Было жарко, но легкий ветерок с реки сдувал пот и давал прохладу, настраивая на умиротворенный лад. Стоял один из тех редких теплых дней, которые, пусть и редко, но все же иногда встречаются в этих широтах, радуя отвыкших от тепла горожан. Солнце светило, кричали вездесущие чайки. Идти дальше не хотелось, тем более что города никто из них не знал, а небольшой пивной ресторанчик с открытой летней верандой, попался почти сразу. Быстро выпили по первой, под вторую стали ждать заказ. Разговорились.
Плотный график дня и физические нагрузки в части не давали возможности для долгих разговоров и рассуждений. Под вечер обычно хотелось только спать. В свободное время перед отбоем в общежитии иногда смотрели телепрограммы, иногда вяло переговаривались, но, как правило, желание сунуть подушку под голову и отбыть на несколько часов из этого мира, превалировало над всем. Другое дело днем, в увольнении, особенно когда свежее пиво уже слегка тронуло голову первой легкой волной.
– Таки интересно, а на кого нас они все же готовят? – задумчиво спросил товарищей Саша, глядя на реку через прозрачный янтарь полной пивной кружки.
– Ты еще не понял? Тебе дадут автомат и отправят зачищать ад! – с серьезным выражением лица сказал Борис. – Я вчера майора Васика слышал, он Липатову это говорил. На углу, где клумба, у столовой шептались…
– Да ну тебя на хер, с твоими приколами, – помотал головой Саша. – Не, ну допустим в ад, хотя это и херня. Тогда бы нас обучали, ну там, устройству гранаты со святой водой…Несерьезно это. Непонятно мне. Место какое-то, враждебное, но интересное. Прямо как Карлсон, который тоже был страшным, но симпатичным. В смысле привидением. Нагнали туману, ничего
