Илья Красиков не хотел приключений и перемен в жизни. Его вполне устраивало то, что у него было на данный момент, – учеба в неплохом вузе, друзья, девушка, перспектива найти хорошую работу. Но судьба не спрашивает нас о наших планах — она лишь дает предначертанному свершиться… Илье было суждено вскоре разом потерять все, что он имел, и пройти через тюрьму, предательство, суд, испытания. И в итоге — получить такую жизнь, о которой он даже не мечтал, — полеты в космос, столкновение с неизведанным, приключения, новых друзей и новых врагов.
Авторы: Кисличкин Михаил
кучность и дальность огня. Но была у него и обратная сторона медали – с надежным и простым как все гениальное творением Калашникова, этот автомат сравнивать было нельзя. МП –28 был сложен в сборке и разборке, обладал мудреной системой сбалансированной автоматики, амортизаторами отдачи, пламегасителем, электронными устройствами, контролирующими стрельбу. Он был чувствителен к сильным ударам и загрязнению. Собрать и разобрать это оружие за полминуты, как автомат Калашникова, было невозможно в принципе, МП требовал к себе обстоятельного, вдумчивого отношения. Среди плюсов так же можно было назвать и его устойчивость к низким температурам.
– Способен вести огонь даже при минус восьмидесяти градусов по Цельсию, – объяснял майор Смирнов, презентуя автомат курсантам. – Правда, с удароустойчивостью не очень. А для десантника это минус, большой, причем, минус. Но тут уж нельзя объять необъятное. Конструкторы и так прыгнули выше головы. Привыкайте, осваивайте. Эта теперь ваша «рабочая лошадка», вам с ним в бой идти, если Родина позовет.
Впрочем, не все занимались освоением нового автомата одинаковое количество времени. Каждый взвод разбили на отделения, по 9-10 человек каждое, а в отделении у каждого бойца появилась отличная от других специализация. Во-первых, она касалась индивидуального стрелкового оружия – или лазерная винтовка или автомат. В отделении Ильи было четверо бойцов вооруженных лазерной винтовкой (включая его самого) и шестеро автоматчиков. Во-вторых, у бойцов была и вторая специальность, «ученый» или «терминатор», как называли их парни в разговорах между собой. «Ученые» кроме личного стрелкового оружия, должны были отвечать за работу и транспортировку некоего прибора, индивидуально прикрепляемого к каждому бойцу, вроде прибора химической или биологической разведки, а «терминаторы», соответственно, за какое-либо тяжелое оружие вроде автоматического гранатомета или индивидуального одноразового реактивного пехотного огнемета. В принципе, каждый боец из спецроты должен был разбираться и уметь применить каждое из всех типов используемых взводом вооружений, но основные, углубленные тренировки были с индивидуально закрепленным оружием или устройством. Так, Илья был стрелком из лазерной винтовки и одновременно ответственным за спецприбор биологической разведки. Прибор был исполнен в виде небольшого чемоданчика весом чуть более четырех килограммов, имевшего, впрочем, приспособления для крепления и переноски на спине бойца, и обладал рядом функций: определение наличия бактерий и вирусов в анализируемом материале (пробы воздуха, воды или грунта), экспресс-анализ на присутствие биологических токсинов, экспресс – анализ ДНК биологического материала (полная расшифровка ДНК была ему, конечно, не по плечу, но некие выводы о видовой принадлежности бактерии или вируса по анализу их ДНК прибор мог сделать), а так же прибор позволял проводить экспресс тестирование основных групп антибиотиков на взаимодействие с биологическим материалом. Соответственно, специальностью Ильи в отделении было исследование микробиологической обстановки, в то время как Саша занимался исследованием химической обстановки со своим специализированным прибором химической разведки ВПХР – М, а Борис, как наиболее физически сильный в их отделении, попал в «терминаторы». Вместе с автоматом он на тренировках и кроссах таскал две здоровенные трубы реактивного пехотного огнемета. Илья видел на учениях его действие. Небольшую, выстроенную на полигоне сараюшку, обложенную мешками с песком, огненный шар взрыва разметывал на мелкие, горящие досточки и непонятные, обугленные фрагменты, оставляя только воронку и обширное, выжженное до черноты пятно земли. – Можно применять по любым целям, – говорил инструктор, немолодой капитан с нашивками РХБЗ. – Универсальное оружие для подавления огневых точек в городских боях, да и в поле сгодиться. Можно стрелять хоть в тяжелый танк. Уничтожить, может и не получится, но после прямого попадания из боя эта машина скорее всего выйдет.
С началом зимы вновь возобновились, прекратившиеся было в ноябре, прыжки с парашютом, да такие, что прежние опыты в этой области показались курсантам прыжками воспитанников детского сада с горки в песочницу. Курсанты прыгали при полном оснащении, ночью, в зимнем обмундировании, с высоты десять километров, куда-то в бескрайние поля заснеженной тундры Ненецкого автономного округа. Ощущения – незабываемые, сразу начинающиеся уже на стадии постепенной разгерметизации кабины с десантом. Первая фаза полета – затяжной прыжок, раскрытие парашюта в трех километрах от земли. После приземления – выход к точке сбора и выполнения
