Илья Красиков не хотел приключений и перемен в жизни. Его вполне устраивало то, что у него было на данный момент, – учеба в неплохом вузе, друзья, девушка, перспектива найти хорошую работу. Но судьба не спрашивает нас о наших планах — она лишь дает предначертанному свершиться… Илье было суждено вскоре разом потерять все, что он имел, и пройти через тюрьму, предательство, суд, испытания. И в итоге — получить такую жизнь, о которой он даже не мечтал, — полеты в космос, столкновение с неизведанным, приключения, новых друзей и новых врагов.
Авторы: Кисличкин Михаил
многократный запас надежности, никаких проблем не будет. До встречи на орбите.
Голос в динамиках затих, на экранах побежали цифры минут и секунд обратного отсчета. Сказать, что курсанты были ошарашены произошедшим, означало, пожалуй, выбрать слишком слабое слово для описания их состояния. Речь Соколенко о трудностях полета на орбиту не произвела особого впечатления на парней, тех, кто прыгал с десятикилометровой высоты с парашютом трудно напугать полетом, пусть даже и в космос. Скорее всего, подполковник раньше возил на орбиту других пассажиров или был введен в заблуждение гражданской формой одежды курсантов (выходить в увольнительную настоятельно рекомендовалось в гражданском, видимо из соображений секретности). Не в том дело. Потрясала сама скорость происходящих событий. Еще несколько часов назад они были в увольнительной и даже не помышляли ни о чем подобном. И вот бац – они уже пристегнуты к креслам космического челнока. Без подготовки, в гражданской одежде, без всяких личных вещей или оружия. Мгновенно, без перехода, произошли кардинальные изменения, как будто один кадр кино сменился другим, но уже с совсем другой сценой фильма. Все это напоминало Илье самое начало, когда его, зеленого студента, год назад остановил патруль комитета полезности. Тогда тоже все произошло быстро…
Минуты на табло плавно утекали. Вот осталось десять минут, потом пять, потом три, одна…потом время вышло и экраны продемонстрировали белые нули на синем фоне. А еще через несколько секунд Илья неожиданно почувствовал, что попал в воздушную яму на самолете. Во всяком случае, первое впечатление было именно таким. И лишь спустя пару секунд он понял, что ракета остается на месте, но большая часть его веса исчезла. Гравитационный колодец начал работу. Потом послышался легкий, поначалу, шум, который начал резко нарастать, затем грохот, стенки завибрировали и Илья почувствовал, как его вдавливает в кресло. Корабль пошел на взлет.
Илья спешно вспоминал, что ему известно о гравитационных стартах. Ну да, ракета берет мало топлива и много груза, что в разы удешевляет доступ на орбиту. Но была и обратная сторона медали – необходимость держаться первые минуты полета в рамках «колодца» с низкой гравитацией, который был не столь уж и широк. Если ракета выйдет за его пределы до установленной высоты – топлива не хватит ни на подъем на орбиту, ни даже на поддержание достаточной тяги двигателей. Ракета попросту упадет. А держаться в «колодце» трудно, планета вращается, погрешность расчетов и систем управления ракетой растет с каждым километром высоты. Нужен поистине уникальный механизм управления рулями и тягой, сложнейшие расчеты бортовых компьютеров. Пока систему взлета в «колодце» не отработали – ракеты падали частенько. Сейчас, насколько Илье было известно, ситуация улучшилась. Но ракеты все равно иногда падали, подобные сведения в новостях попадались, хотя об этом весьма неохотно говорилось по телевизору или печаталось на русскоязычных интернет-сайтах. Ну что же, Илья надеялся, что именно ему повезет. Хотя, говорить о везении в свете полной неясности его дальнейшей судьбы было сложно.
Хуже всего было в течение первого получаса полета. Все-таки Илья понял, что Соколенко успокаивал их не зря. На курсантов то наваливалась тяжесть, то они провисали на ремнях почти в свободном падении, то ракету одновременно со страшным ударом или резким толчком вело в сторону. Грохот двигателей тоже был неравномерен, режимы их работы переключались постоянно. Вибрация иногда достигала такого уровня, что Илья боялся, что у него рассыпятся зубы. Еще одним отрицательным фактором была полная неизвестность относительно хода полета и температура, которая быстро росла в пассажирском отсеке. По ощущениям Ильи она давно перевалила за тридцать градусов и продолжала расти. Очень хотелось пить. Минуты тянулись медленно, казалось, что время остановилось. Иногда, после особенно резкого толчка корпуса ракеты, изменения шума работающих двигателей, Илье казалось что все – ракета выпала из «колодца» и падает вниз. Но перегрузки возвращались, а двигатели вновь наращивали свою огненную мощь, судя по вою и грохоту за бортом судна.
Однако, все когда-то заканчивается…Минут через сорок после старта полет корабля стал более ровным, двигатели ревели равномерно и спокойно, ушла вибрация, а в отсек стал поступать холодный воздух. Перегрузки не возвращались, и курсанты зависли в состоянии невесомости, удерживаемые в креслах только ремнями. А еще через полчаса двигатели смолкли совсем и включились экраны.
– Говорит капитан корабля Соколенко! Поздравляю, товарищи бойцы, мы благополучно покинули гравитационный колодец, и вышли на промежуточную
