Илья Красиков не хотел приключений и перемен в жизни. Его вполне устраивало то, что у него было на данный момент, – учеба в неплохом вузе, друзья, девушка, перспектива найти хорошую работу. Но судьба не спрашивает нас о наших планах — она лишь дает предначертанному свершиться… Илье было суждено вскоре разом потерять все, что он имел, и пройти через тюрьму, предательство, суд, испытания. И в итоге — получить такую жизнь, о которой он даже не мечтал, — полеты в космос, столкновение с неизведанным, приключения, новых друзей и новых врагов.
Авторы: Кисличкин Михаил
майор.– Меня не интересует, что ты хочешь сказать. Слушай, что я тебе скажу мразь! Я думаю, что твои сородичи атакуют нас снова. Мне это не нужно. Поэтому, когда они появятся, ты возьмешь микрофон и будешь кричать им как можно громче, что ты в плену и что мы тебя убьем сразу же, как только они приблизятся. И, если они сделают хотя бы один выстрел, я отрежу тебе все пальцы на руках. Вот этим. – Майор взял дисковую пилу и нажал кнопку. Зубчатый диск быстро раскрутился с негромким жужжанием.
– Если ты откажешься говорить то, что я хочу, я сделаю то же самое, – продолжал Липатов.
– Я тебя лично всю на куски порежу. Но, если ты сделаешь все в точности, и нас никто не будет трогать двенадцать суток, то я тебя отпущу. Иди куда хочешь, – улыбнулся сквозь зубы майор. – Слово офицера! Итак, ты сделаешь то, что я сказал?
– Я запомню, как ты говорил со мной, майор из рода землян. Род Иллор помнит оскорбления. Но, я буду говорить с дружинниками, когда они придут.
Ждать повторной атаки долго не пришлось. Вскоре оставленный у аппарата связи с орбитой боец сообщил, что спутник обнаружил еще четыре снегохода, стремительно двигающихся к позициям десантников. Липатов объявил боевую тревогу, десантники заняли позиции. Враг приближался. Вечерело, в небе россыпью стали зажигаться неяркие пока еще чужие звезды. Ветер немного усилился, наметая сугробы на раскиданное вокруг использованное снаряжение, гильзы, трубы от огнеметов и разбитые контейнеры. Негромко шурша, летал, гонимый поземкою, невесть откуда взявшийся кусок пластиковой обертки. Бойцы ждали атаки, которая могла стать последней, думая каждый о своем.
Когда враг приблизился, стало совершенно ясно, что этого боя взводу не пережить. Десятка полтора фигурок виднелось в бинокль. Они шли не торопясь, своей танцующей походкой, медленно приближаясь к позициям.
Рядом с инопланетянкой, у входа в купол, стояли только Илья и Липатов. Майор дал ей микрофон, соединенный с усилителем. – Говори!
Пленная, нажав что-то в приборе, с которым пока умела обращаться только она одна, сказала длинную фразу на незнакомом языке. Потом, немного погодя, сказала что-то еще. В пустом поле громкий звук разносился далеко. Перевода в этот раз не последовало.
Тем не менее, наблюдавший противника в бинокль Липатов, негромко сказал, скрывая эмоции, – они уходят. Они уходят, нах Илья, уходят!
– Нет, – прервала его инопланетянка. Дружинники рода Иллор пока только отходят. У вас есть полчаса. Слушайте меня внимательно. Через полчаса начнется атака. Вы можете меня убить, но дружинников это не остановит, они атакуют в любом случае. Но, я могу дать вам ваше время, если оно вам столь дорого. Я сейчас уйду к своим вместе со своим оружием и развязанными руками и ногами. И возьму с собой его – инопланетянка показала связанными руками на Илью. Он говорил хотя и нагло, но смело, и, главное, он сумел убить дружинника рода. Такой пригодиться роду. Ты, майор, ответишь за оскорбление позже, если судьбе будет угодно. Это будет приемлемо для чести высокой госпожи – разрешить ситуацию так. В этом случае даю слово чести оставить вас в покое. Двенадцать ваших суток вас не тронет ни мой род, ни дружеский нам род Иноэрн ни кто– либо еще. Я не знаю, на что вы надеетесь, но пусть будет так. Клянусь в том честью рода и именем рода Иллор. Иначе ситуация для чести Высокой госпожи рода Иллор не разрешима, кроме доблестной смерти в бою. Я и вы – мы все умрем.
Итак, я сказала. Выбор за вами. Вы можете мне верить, можете не верить, уже ничего не изменить. Какой будет Ваш выбор? И какой будет твой выбор – пленница показала на Илью. – Смерть или жизнь?
Липатов думал недолго. Обернувшись к инопланетянке, он негромко сказал, пристально смотря туда, где под затемненным забралом шлема были ее глаза. – Знаешь в чем твоя ошибка, «высокородная»? Ты говоришь и торгуешься с нами, как с рабами, полагая, что слово честь что-то значит только для тебя, но не для нас. А мы не рабы, мы русские офицеры, а значит – люди свободы и люди чести. Для моей личной чести, майора Липатова, землянина из рода русских, и для чести всех моих бойцов ситуация, когда мы сами отдаем кого-то из своих товарищей, в обмен на свою жизнь, неприемлема. Я повторю тебе твои собственные слова – такая ситуация для чести русского офицера неразрешима, кроме доблестной смерти в бою. Ни у него – майор показал на Илью, – ни у меня нет выбора. Наша честь оставляет нам только один единственный вариант. Можешь сказать об этом своим прямо сейчас. Пусть атакуют. С первым выстрелом с их стороны я убью тебя, и потом мы все умрем. Мы и ты – сейчас. Все ваши люди на планете – чуть позже,
