«Солдат удачи».Тетралогия

особенного. Мы… правда летим на Землю?
– Конечно. А что тут такого?
Та мгновенно вспыхнула, поскольку темперамент у сюзитки не уступал восточному:
– Как это что?! А ты нас спросил, хотим ли мы туда, или нет?!
– Кофе будешь?
Испытанный временем запрещённый приём против любого сюзита.
– Спрашиваешь!
– Тогда – присаживайся. Сейчас будет готово.
Священнодействуя возле турки, Николай всё же решился задать вопрос:
– Ты боишься лететь, или у вас какие-то неотложные дела? Нам всё равно проходить через Свободных, так что можете остаться в Объединении. Деньги я вам выплачу.
Та повела носом – запах свежемолотых, только что обжаренных зёрен настоящей арабики дразнил её обоняние.
– Ты не понимаешь, командир… Для любого сюзита твоя родная планета ассоциируется со Злом…
Именно так, с большой буквы.
Николай устало вздохнул:
– Девочка, сколько можно? Мы уже год болтаемся в неисследованных секторах, повидали всякое и прошли через многое. Неужели непонятно, что мы, наёмники, не знали ничего? И нас, и вас подставили и обманули! И теперь мой друг пытается искупить вину всех землян перед вашей Империей, создавая её заново.
Поставил перед ней чашку с напитком, Айе сделала быстрый глоток, потом ответила:
– Мы убедились, командир, что ты хороший землянин. Твой друг, Имперский Герцог, тоже вроде ничего. А остальные?
– Но и вы разные! Есть хорошие, есть плохие…
– Это понятно. Но всё же…
– Что – всё же?
– Пойми, командир, что мы совсем ничего не знаем ни о вас, ни о вашей планете. А если судить по твоим пристрастиям, то у вас все женщины – падшие.
А мужчины – сплошь убийцы и палачи. Ты прости, но…
– Да всё я понимаю…
Он вздохнул.
– Но и ты меня пойми, если сможешь – вроде уже достаточно большая. Я уже второй год, как меня выперли из армии Рамджа, не общался с женщиной. Сижу на таблетках. Так что… Вкусы у меня, пожалуй, сейчас специфические. Да ещё ты тут… Знаешь, как мне надоело колёса жрать?
Айе густо покраснела:
– Да, командир… Ты прямо как тот шаару, что только по прямой ходит и не может обогнуть ни одно препятствие. Если не в лоб, то по лбу. Хоть бы намекнул разок, что ли?
– Э-э-э! Ты чего, подруга?!
Та сладко потянулась, точь-в-точь как большая сытая кошка:
– Да так, командир. Будем на Базе – скажи, я тебе подружку сосватаю. Не боись, не из рамджей. Те – чахлые. Настоящую женщину. Но сразу говорю – будет дорого!..
На следующее утро Николай был очень удивлён – оба сюзита сидели в кают-компании и внимательнейшим образом смотрели его любимый клип. Причём не просто смотрели, а с жаром что-то обсуждали, и, лишь подойдя поближе и услыхав слова, волшебные для любой женщины: фасон, макияж, походка, туфли, Мыскин понял, что вопрос с Землёй решился положительно и Айе серьёзно готовится к отдыху в столь экзотическом месте… Не наломала бы дров, подружка. Ведь кино и реальная жизнь настолько разные вещи…

В Москве была жара. После стерильного и комфортного климата корабля, в котором все находились уже год, Николай раскашлялся. Впрочем, это вскоре прошло. Таможню прошли быстро, новенькие имперские паспорта не вызвали удивления. Таможенники уже привыкли к туристам из дальнего космоса, чему очень способствовали граждане Свободного Звёздного Объединения. Да и мало ли какие государства находятся там, за орбитой Солнечной Системы? Поэтому троица гостей оказалась на территории Внуково довольно быстро. Остальные члены экипажа поисковика остались в СЗО. В Москву прилетели сам Мыскин и оба сюзита, которые в Новой Империи были персонами нон грата, а в бывшую Империю лететь ни у Витора, ни у Айе желания тоже не было. Разорённые до основания миры их не прельщали. Николай вскинул руку, подзывая такси, и через пять минут все сидели в достаточно приличном «Фольксвагене-Шаран», оборудованном помимо всего кондиционером. После пятилетнего отсутствия парень жадно всматривался в знакомые ему места, ища различия и находя их. Сюзиты сидели молча, разглядывая сквозь тонированные стёкла машины толпы жутких землян вокруг них. Водитель, личность неопределённой национальности, по-видимому, решив похвастать машиной, а заодно и добавить немного к цене, протянув руку, выудил из потолка небольшой плоский экран и включил проигрыватель компакт-дисков. При первых тактах музыки Витор удивлённо замер, глядя на экран, где девичье трио пело какую-то новую песню. Николай, мельком отвлёкшись на звук, продолжил рассматривание московских улиц. Айе с прежним интересом любовалась на нескончаемые массы пешеходов. Наконец «Шаран» выбрался за пределы столицы и ощутимо прибавил ход, отщёлкивая счётчиком