«Солдат удачи».Тетралогия

экран. Разведчики оказались молодцами — подобравшись к врагу на десяток километров, спрятались за холмом, а сами запустили наноскаута и транслировали передачу направленным лучом, не засекаемым датчиками боевых машин противника…
— Внимание всем, до противника двадцать километров; всем включить дополнительные поглотители, понизить температуру реакторов к минимальной отметке, начать зарядку накопителей ионных пушек. Атакуем по моей команде!
Пока он говорил все это, пальцы порхали над сенсорной панелью, подготавливая боевую машину к бою. Вспыхнули разноцветные индикаторы широкой панели, сигнализируя зарядку лазерных излучателей, замелькали цифры датчика температуры, чуть ли не самого главного прибора в бою, контролирующего реактор и нагрев машины, едва слышно загудели элеваторы подачи боеприпасов автоматических противопехотных орудий, мигнул зеленым светом, показывая полную зарядку, накопитель энергии. Наконец медленно выползли массивные панели, защищающие кабину пилота в боевом положении…
…Враги засекли дивизион, когда он приблизился почти на дистанцию прямого выстрела из ПИИ среднего калибра. Майор не давал команды на открытие огня артиллерийским машинам, стараясь максимально сократить дистанцию боя, чтобы избежать ужасающего оружия массивных «пауков». Тяжелые протонные аннигиляторы, штатное оружие имперских бронеходов, одним выстрелом могли разнести на атомы любую машину республиканцев, на расстоянии, втрое превышающем их самое дальнобойное орудие. А ведь из таких монстров состоял почти весь Седьмой легион. Было, правда, еще кое-что, что могло бы сработать и в чем Медведев боялся признаться даже самому себе…
…Уродливые шагающие металлические глыбы стояли шеренгой, бросая отсверки от новенькой, еще сияющей в свете местного солнца брони и раскинув свои лапы в положение для стрельбы, нагрудные пластины машин были испещрены гербами аристократов, всякими символами и девизами. Чуть позади чудовищ выстроилась тяжелая пехота в керамических доспехах. Если в бронечастях шагающих машин служили только аристократы, то в тяжелую пехоту набирали одних простолюдинов, и зачастую огромные подошвы боевых роботов-бэров в горячке боя давили их, как гусениц, не разбирая, где свои, а где чужие…
На невысокий холм прямо перед размалеванными махинами легионеров взобрался одинокий бронеход республиканцев. И в то же мгновение все боевые частоты имперцев взорвались воплями возмущения, свистом, ревом, проклятиями:
— Смерть ему!
— Кощунство!
— Смерть!
Первым вырвался из шеренги «паук», стоящий в центре строя, за ним второй, третий, и вот вся прежде непробиваемая стена из композита и керамики превратилась в стаю волков, желающих покарать святотатца, изобразившего на своем боевом роботе знак высшего, после императорского, титула — имперского герцога. Степная почва гулко вздрагивала под шагами стопятидесятитонных махин, в разные стороны летели комья земли, куски дерна, но самое главное, все БРы имперцев свернули свои лапы в походное положение, потому что с распущенными излучателями они бы не сделали ни шагу. И никто из врагов, кроме, пожалуй, пехотинцев, не заметил, как словно бы из ниоткуда, распуская за собой дымные хвосты, появились ракеты и воткнулись в прочную броню, рвя ее на куски, отбивая манипуляторы и шагоходы, а затем в начавшуюся свалку ударили лучи мощных излучателей и лазеров…
…Сиреневый луч вспорол прочный композит на руке «паука», мгновенно вспухший клубом дыма, на миг ослепивший датчики.
— Черт!!!
Робот тряхнуло. В бортовой лист угодил снаряд из обычной пехотной пушки. Мяукнул логгер, докладывая о потере радиатора охлаждения, вяло пузырясь, из разодранных трубопроводов потекла желтая смесь охладителя, почти мгновенно испаряясь. Более легкие республиканцы уже ворвались в кучу машин Империи, смешавших свои ряды, и теперь ужасающие магнитные излучатели, стреляющие антиматерией, им были не страшны. Бой шел на равных: лазер против лазера, ПИИ против ПИИ, стальной кулак против брони.
…Плавилась металлокерамика. Во все стороны летели обломки композита, полыхал пластик, заволакивая все вокруг дымом. Из-за пыли, поднятой ногами могучих машин, время от времени пропадало изображение с оптических датчиков, и все чаще БР Медведева вздрагивал от попаданий и ударов массивных конечностей имперских машин, температура двигателя поползла вверх, в рубке стало жарче… Вот республиканский «ворон» сцепился в смертельном объятии с «пауком» легионеров: во все стороны летят искры от лопающейся брони, несмотря на акустическую защиту боевой рубки слышен визг рвущегося металла. Походя, второй сюзит