«Солдат удачи».Тетралогия

кораблей, стоящих на парковочной орбите вокруг Кочевья, вдруг вспыхнуло невыносимое для глаз сияние… А огромные элеваторы подачи на терранской эскадре уже провернулись, подавая для толкателей следующий снаряд и цилиндр заряда. Колоссальной величины механизмы вогнали многотонные цилиндры в казенники исполинских пушек. Взвизг корректирующих наводку моторов. И снова вспышка, отдача и лязг механики, неслышимый в вакууме, но ощутимый в атмосфере корабля. И опять появляются бреши в сверкающей в свете искусственной планеты мошкаре митритского флота… Залп! Разрывы! Вновь залп… Фрегаты не отставали от старшего брата, внося свой, может, чуть менее весомый, но тоже ощутимый вклад в уничтожение захватчиков. «Аврора» Солы содрогалась от частых залпов, «Бисмарк» Алии так же спешил опустошить погреба до того момента, когда начнётся свалка. Что сейчас творилось на Кочевье — невозможно было представить. Паника? Страх? Или полное спокойствие? И сейчас уже первые униремы и галеры рванутся от планеты, желая покарать дерзких, осмелившихся подняться против Истинной Веры Ужасного? Всё-таки последнее — из-за огромного корпуса уже начали выскакивать мошки кораблей, лихорадочно перестраиваясь для атаки.
— Начать скольжение!
Двигатели рявкнули, заставив корабли терран сдвинуться с места. И вовремя — лучи огромной лазерной пушки прошили пространство в том месте, где только что была «Кали». Ей-то эти лучи были не страшны, чего не скажешь о фрегатах. Секрета брони не знал никто, кроме самого создателя и очень узкого круга лиц в княжестве, поэтому при строительстве фрегатов пришлось использовать обычный керамопласт. Он, конечно, некоторое время мог противостоять энергетическим лучам, но не так, как поляризованная броня Предтечей, из которой был изготовлен дредноут. Так что манёвр был совершён как нельзя вовремя. Между тем темп огня орудий крохотной эскадры возрос до немыслимых пределов — канониры спешили уничтожить как можно больше силы противника до того, как он сможет подойти на дистанцию открытия огня. Выстрел сверхлазера был с самого Кочевья, только там стояло орудие такого калибра. Впрочем, следующий залп этот монстр мог сделать не раньше, чем через пятнадцать минут. Накопители были не бездонны, а реакторы работали не только на них, но и для поддержания жизни внутри металлического шара… Корпуса содрогались от бешеного огня, но, по-видимому, командующий вторжением уже сориентировался в обстановке, и из-за шара планеты вывернулась целая стая, сияющая в лучах светила… Она почти мгновенно рассыпалась, превратившись в тучу. Всё правильно — рассыпной строй лучшее средство от огня орудий. Впрочем, терранцы это тоже знали и, не обращая внимания на приближающийся к ним флот митритов продолжали вести огонь уже по самому Кочевью и замершим у причалов и пирсов оставшимся кораблям чужаков. Целые секции выворачивало наружу, лопались, рассыпая искры, генераторные ямы, в ярко-оранжевых вспышках рвались реакторы, пошедшие в разнос после того, как управляющие ими механизмы превратились в ничто в пламени терранской взрывчатки. Александр едва сдерживал возбуждение — стрельба была исключительно меткой и удачной. По подсчётам И-Мозга «Мокоши», потери митритов уже превысили те, которые они понесли при завоевании Республики и империи. Впрочем, радоваться было ещё рано. Сейчас они подойдут ближе, и тогда начнётся самое главное… Так и есть! В гулкий разговор главного калибра вплелось рычание автоматов ближнего боя. Скорострельные мелкокалиберные пушки смогли наконец тоже начать свою работу, и огненные струи их трасс разорвали вечный мрак космоса. Теперь уже не было нужды в экстраполированном изображении с Кочевья — бой переместился в непосредственную близость, и всё можно рассмотреть в узкие щели иллюминаторов… Впрочем, главный калибр имел чёткую задачу — бить по Кочевью до последнего, не обращая внимания ни на что до особой команды. То, что будет твориться вокруг, — не их забота. Да и стрелять из таких орудий по юрким униремам — напрасная трата драгоценных боеприпасов. Всё равно что палить из пулемёта по муравьям… Поэтому башни по-прежнему били по искусственной планете, стремясь если не уничтожить её, то нанести максимальный урон, несовместимый с дальнейшим продолжением Похода. А зенитчики и операторы автоматов, сидящие в тесных боевых колбах, начали свою войну, от которой зависела жизнь их товарищей… Разлетались на куски сияющие корпуса, легко отражающие лучи лазеров и мазеров. Взрывались накопители, прошитые удачным попаданием, «Кали» дралась изо всех сил, и пространство вокруг неё оставалось чистым. Потеряв добрый десяток судов, чужаки уже не рисковали приближаться к самому большому из нападавших. И дредноут