Солдат — всегда солдат

Ему, как человеку военному, сразу стало понятно, что иметь при себе такое оружие с неспиленным номером и двумя запасными обоймами мог только человек, имевший к нему доступ в мирное время. Конечно, каждая в отдельности, эти приметы ничего не значили. Штаны можно было снять с трупа, а пистолет просто украсть или отобрать у того же владельца штанов. Но всё вместе это означало, что убитый был из силовых структур. Сам Димка решил не сообщать женщинам о своём предположении, чтобы не пугать их лишний раз. И теперь старался не упускать из виду ни одной мелочи.
Ужинали они уже поздно ночью, при этом женщины не упускали момента регулярно пройтись на тему сегодняшней эпопеи. По комнатам они разошлись уже во втором часу ночи, но это не помешало Димке вскочить в шесть утра и, подняв девушек, объявить скорый отъезд. Ему и вправду не терпелось поскорее убраться из этого места, словно оно вот-вот должно было провалиться в преисподнюю.
Не дожидаясь, когда женщины соберутся, он подогнал свой автопоезд к дверям и, закинув чемодан с пожитками в кабину, открыл дверь вагончика, подзывая к себе Султана. Умный пёс, отлично сообразивший, что они уезжают, не спеша поднялся в прицеп и, тщательно обнюхав все углы, вальяжно развалился прямо посредине жилого пространства, заставив тем самым старательно себя обходить. Едва дождавшись, когда все погрузятся, Димка захлопнул дверь и, забравшись в кабину, со вздохом облегчения включил передачу.
Во второй половине дня, когда они проехали по прикидкам парня больше сотни километров, Димке пришлось сделать вынужденную остановку. Этого потребовали женщины, дружно начав кричать ему в открытую дверь прицепа. Убедившись, что без остановки не обойтись, парень нехотя притормозил и, открыв окно, скомандовал:
— Давайте быстрее, нечего впустую время терять.
— Совсем озверел? — возмутилась Настя. — Сказали же, нам в туалет надо.
— Вот я и говорю, быстрее давайте, — рявкнул в ответ Димка, перекладывая автомат на колени.
Буркнув что-то неразборчивое, Настя направилась в сторону придорожных кустов. Следом за ними отправился и пёс. Оросив кусты, он всё так же не спеша вернулся в прицеп. Проводив кобеля задумчивым взглядом, парень качнул головой и, чуть усмехнувшись, внимательно осмотрелся. Несмотря на непрекращающийся моросящий дождь, дорогу и все прилегающие кусты, было видно, так что в случае нападения он вполне успел бы отреагировать. Но как только его пассажиры поднялись на платформу, тронул машину с места.
Разогнать трактор как следует парень не мог, слишком много на дороге было выбоин, трещин и промоин. Но четыре одинаковых колеса и полный привод помогали ему преодолевать эти препятствия без особых опасений. Большее беспокойство у него вызывал прицеп. То и дело оглядываясь назад, Димка мрачно ворчал, уверенно орудуя рулём:
— Только бы колёса на этой халабуде не отвалились.
Но к его удивлению, прицеп проезжал километр за километром, с достоинством выдерживая все испытания. Уже вечером, остановившись, чтобы перекусить и хоть немного поспать, Димка внимательно осмотрел платформу и, с облегчением убедившись, что всё в порядке, отправился отдыхать. Честь караулить транспорт была предоставлена Султану. Привычный к ночным бдениям кобель вальяжно обошёл вверенную ему территорию и, забравшись под прицеп, со вздохом улёгся прямо на асфальт.
— Порядок, объект под охрану принят, — рассмеялся Димка, наблюдавший за собакой.
— И что это значит? — не поняла Наташка.
— А это значит, что если кому ночью приспичит в туалет, устраивайтесь прямо за углом, не отходя от прицепа. Отойдёте, обратно Султан не пустит.
— Это ещё почему? — тут же принялась возмущаться Настя.
— Потому что его так учили, — отрезал Димка, которому давно уже надоело подробно объяснять им каждый свой шаг. — Дрессура такая, и изменить это за одну ночь не получится. Так что делайте, как вам говорят, или будете на улице ночевать. В лучшем случае.
— А в худшем? — насторожилась Наташка.
— Тебе лучше не знать, — буркнул Димка, уже жалея, что распустил язык.
— Хочешь сказать, что если я отсюда вылезу, эта зверюга мне глотку перегрызёт? — не унималась Настя.
— Для тупых и военнослужащих повторяю ещё раз. Вышла из дверей, спустилась на землю, подошла к колесу, села, сделала своё дело и вернулась обратно. Чего непонятного? — зарычал Димка, теряя терпение.
— Дядя Дима, не сердись. Она всегда упрямая была, — неожиданно подала голос Нюська.
— Это я уже понял, — усмехнулся парень, едва сдерживая рвущийся наружу хохот.
Растерянно-обиженная физиономия Насти была достойна кисти живописца. Оглянувшись на сосредоточенно