Виктор Страндгорд считался в городе почти святым; перенеся клиническую смерть, он написал бестселлер «Билет на небо и обратно» о своих близких отношениях с Богом. И вот его изуродованный труп найден в церкви, что наводит полицию на мысль о ритуальном убийстве. Ребекка Мартинссон, преуспевающий сотрудник знаменитой юридической фирмы, параллельно ведет свое расследование. Дела божественные и дела земные сплетаются в один тугой клубок, и Ребекка внезапно понимает, что те же самые люди, которые уничтожили Виктора, уже и ей самой выписали «билет на небо», но только в один конец.
Авторы: Оса Ларссон
день отсрочки. Она почувствовала жжение под ложечкой. До обеда больше никакого кофе. Сидишь тут, как принцесса в башне: дни и ночи, вечера и выходные в этом роскошном офисе с давними традициями, черт бы их всех побрал, со спившимися хозяевами, которые смотрят сквозь тебя, как сквозь стекло, а жизнь проходит мимо. Даже не знаешь, что лучше — заплакать или поднять бунт, сил все равно хватает только на то, чтобы доползти до дома и рухнуть на диван перед телевизором, чье бессмысленное мелькание хоть чуть-чуть заглушает тоску.
«Шесть часов утра. Начинаем утреннюю программу новостей. Знаменитый религиозный лидер тридцати лет от роду обнаружен сегодня рано утром убитым в церкви «Источник силы» в Кируне. Полиция Кируны пока воздерживается от комментариев, однако сообщает, что по подозрению в убийстве никто не задержан и орудие убийства пока не найдено. Все больше муниципалитетов пренебрегают выполнением своих обязанностей, как показывает статистическое обследование…»
Ребекка так резко повернулась на своем стуле, что ударилась рукой о подоконник. Она рывком выключила радио, пролив при этом кофе себе на колени.
— Виктор! — воскликнула она. — Кто же еще?
Мария с удивлением посмотрела на нее.
— Виктор Страндгорд? Мальчик из Рая? Ты знала его?
Ребекка отвела глаза и уткнулась взглядом в кофейное пятно на юбке; лицо бледное и непроницаемое, тонкие губы сомкнулись в узкую полоску.
— Конечно же знала. Но я много лет не была в Кируне. У меня там уже никого не осталось.
Мария поднялась, подошла к Ребекке и вынула из ее оцепеневших рук чашку с кофе.
— Ты можешь сказать, что вообще его не знала, я ничего не имею против, но вид у тебя такой, словно ты вот-вот упадешь в обморок. Ты вся побелела. Наклонись вперед и опусти голову между колен.
Ребекка послушалась, словно прилежная школьница. Мария пошла в туалет и принесла бумагу, чтобы спасти костюм Ребекки от кофейного пятна. Когда она вернулась, Ребекка сидела откинувшись на стуле.
— С тобой все в порядке? — спросила Мария.
— Да, — ответила Ребекка с отсутствующим видом, беспомощно наблюдая, как Мария оттирает ее юбку влажной бумагой. — Я знала его, — добавила она.
— Хм, тут и детектора лжи не нужно, — пробормотала Мария, не поднимая глаз от пятна. — Ты расстроилась?
— Расстроилась? Даже не знаю. Нет, скорее испугалась.
— Испугалась?
Мария перестала тереть юбку.
— Испугалась чего?
— Не знаю. Что кто-нибудь…
Ребекка не успела договорить — оглушительно зазвонил телефон. Она вздрогнула и уставилась на него, ничего не предпринимая. После третьего звонка Мария сняла трубку. Зажав ее рукой, чтобы собеседник ничего не услышал, она прошептала:
— Это тебя. Должно быть, из Кируны, потому что звонит какой-то Муми-тролль.
Когда в квартире инспектора полиции Анны-Марии Меллы зазвонил телефон, она уже не спала. Зимняя луна заливала спальню ярким белым светом, березы под окном оставляли на стене изогнутые синие тени. Прежде чем отзвучал первый сигнал, Анна-Мария уже сняла трубку.
— Привет, это Свен-Эрик, ты проснулась?
— Да, но еще лежу в постели. Что такое?
Она услышала, как Роберт вздохнул во сне, и покосилась на него. Проснулся? Нет, его дыхание снова стало спокойным и ритмичным. Слава богу.
— В церкви «Источник силы» обнаружен труп. Предположительно — убийство, — сказал Свен-Эрик.
— Ну и что? С пятницы я работаю только в офисе. Ты забыл?
— Я знаю, — проговорил Свен-Эрик с тоской в голосе, — но, черт побери, Анна-Мария, тут нечто совершенно экстраординарное. Криминологи скоро закончат, так что мы сможем войти. Там внутри лежит Виктор Страндгорд. Зрелище — как на бойне. Думаю, в нашем распоряжении около часу, прежде чем сюда нахлынут все телеканалы с камерами и прочей хренью.
— Я буду на месте через двадцать минут.
«Вот это да! — подумала она. — Он звонит мне и просит о помощи. Как он изменился!»
Свен-Эрик не ответил, но прежде, чем он положил трубку, Анна-Мария услышала на другом конце вздох облегчения.
Она обернулась к спящему Роберту, разглядывая его лицо: щека на руке, губы чуть приоткрыты. В седине, тронувшей его усы и виски, было что-то невообразимо сексапильное. Сам же он обычно подолгу стоял перед зеркалом в ванной, изучая растущие залысины у основания волос.
— Пустыня наступает, — жаловался он.
Она поцеловала его в губы. Живот мешал, но она все же дотянулась. Дважды.
— Я люблю тебя, — заверил он ее, не просыпаясь.
Он протянул руку, чтобы привлечь ее к себе, но к этому моменту она уже сидела на краю кровати. Сразу же почувствовала,
