Почему крупный предприниматель, не раз обещавший озолотить своего незаконного сына Михаила, оставил ему по завещанию только старинные часы? Нелепая и злая шутка? Так решил Михаил, немедленно продавший часы за бесценок. Но с этого дня жизнь его превратилась в кошмар.
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
свою грустную вспоминаю, а тут ты с какими-то намеками… некрасиво, понимаешь!
– Миксер, не грузи меня этой туфтой! – Маркиз пригнулся к соседу. – На этих часах много всего висит, и если ты за них хоть краешком зацепишься – на самое дно они тебя потянут! Так что лучше тебе от них поскорее избавиться… тебе лишняя статья нужна? Ты тут по-тихому студентам наркоту сбываешь, у тебя все, кто надо, куплены, но если на тебя музейную кражу повесят – мало не покажется!
– А ты кто такой, что ко мне с советами лезешь? – Миксер подозрительно оглядел Маркиза. – Мент, что ли? Вроде не похож…
– Я – добрый человек! – усмехнулся Маркиз. – Пришел дать тебе полезный совет… и ты дураком будешь, если не прислушаешься! Избавься от этих часов, и не будет у тебя лишней головной боли… а я тебе за них заплачу…
– Головной боли, говоришь? – задумчиво протянул Миксер. – Ну что, может, ты и прав…
Неожиданно он поднялся и шагнул к выходу из заведения:
– Пошли, братан! Отдам тебе эти тикалки!
Леня, немного удивленный тем, как легко Миксер согласился на его предложение, двинулся следом за ним.
Поднявшись по ступеням, Миксер огляделся по сторонам и двинулся по Седьмой Красноармейской улице в сторону Московского проспекта. Однако, не пройдя и двадцати шагов, он свернул в узкий проход между домами, сделав Маркизу знак идти следом. Леня опасливо огляделся по сторонам и углубился в проулок. На всякий случай он запустил правую руку в карман, где у него находилась тяжелая связка ключей. Никакого более серьезного оружия он при себе никогда не носил, вполне резонно считая, что с кем не справишься голыми руками, с тем и оружие не поможет.
Не дойдя до конца проулка, Миксер остановился, повернулся к Лене и проговорил:
– Часы, говоришь? Серебряные? Вот эти, что ли?
Леня настороженно следил за рукой Миксера, которая полезла в нагрудный карман, и поэтому не заметил мелькнувшую за спиной приземистую фигуру.
Удар по голове оказался совершенно неожиданным.
В глазах Маркиза потемнело, и он без чувств рухнул на грязный растрескавшийся асфальт.
– Ты, того, не чересчур сильно его приложил? – проговорил Миксер, разглядывая бесчувственное тело. – Как бы он, того, не загнулся! Мне мокрота ни к чему…
– Ты пургу не гони, – оборвал его сутулый тип с длинными, как у обезьяны, руками и неровным шишковатым черепом, покрытым рыжим пухом. – Хоть бы и загнулся. Сам знаешь, нам любопытные без надобности. Ты мне лучше подсоби…
Он подхватил Маркиза под мышки и легко приподнял его. Миксер взялся за ноги, и вдвоем они потащили тело по узкому проходу между домами. Увидев впереди ведущую в подвал низкую дверь, Миксер приостановился:
– Можно сюда его скинуть… пускай отлежится…
– Ага, пускай полежит, остынет… может, поумнеет, будет другой раз думать, как к серьезным людям с вопросами приставать…
Миксер потянулся к двери.
– Обожди! – остановил его шишковатый. – Сперва карманы его проверь… мало ли что у него там имеется… вот блин! – Он похлопал себя по бокам. – Надо же, сучонок! Ухватился за меня, когда падал, и карман оторвал!
В темноте гулко грохотали барабаны. Каждый удар отдавался болью в голове. Как хорошо было раньше, когда ничего этого не было: ни барабанного боя, ни головной боли, ни темноты… то есть темнота, конечно, была, но ее некому было ощущать… не было скорчившегося в этой темноте человека, Маркиза…
«Маркиза? Ага, вот как меня зовут…» – понял скорчившийся в темноте человек. Это мысленное усилие вызвало у него новый приступ головной боли, но вслед за первым воспоминанием последовало второе, третье…
Вот он разговаривает с заказчиком… вот разыскивает старинные серебряные часы…
Дальше был провал. Такой же темный, как окружающий мрак.
Маркиз пошевелился, при этом почувствовав боль во всем теле и еще холод. Сырой, мучительный холод.
Он тихонько застонал и только тогда окончательно пришел в себя и понял, почему вокруг так темно. У него просто были закрыты глаза.
Он с трудом разлепил их, но намного светлее не стало.
Вокруг была густая серая полутьма, из которой выступали мрачные сырые каменные стены.
«Где это я? Как я сюда попал?» – задал он себе мысленный вопрос.
Голова снова запульсировала мучительной болью, но, как ни странно, от этой боли сознание немного прояснилось, и он вспомнил предшествующие события.
Вспомнил продолжение своих поисков, вспомнил подвальчик, расписанный нетрезвыми динозаврами, и гнусного типа по кличке Миксер, мелкого наркодилера и большого подонка.
Вспомнил, как шел за этим Миксером по Седьмой Красноармейской, как свернул за ним в узкий проход между домами… вспомнил, как Миксер
