Почему крупный предприниматель, не раз обещавший озолотить своего незаконного сына Михаила, оставил ему по завещанию только старинные часы? Нелепая и злая шутка? Так решил Михаил, немедленно продавший часы за бесценок. Но с этого дня жизнь его превратилась в кошмар.
Авторы: Александрова Наталья Николаевна
не смог ей достойно ответить. Впрочем, какое уж там достоинство, тут можно было только перебить в сердцах всю посуду, залепить Марьянке пощечину… И правильно сделал, что удержался – сороковины все-таки, память отца…
Только из-за сильнейшего стыда он говорил с Лизой так невежливо при прощании. И хотел все исправить при встрече. Но сегодня совсем не хотелось ее видеть… И разговаривать не хотелось. Вообще ни о чем, тем более о своих милых родственниках и обо всей этой некрасивой истории с наследством.
– Ты подожди меня, я душ приму, – сказал Михаил, входя в квартиру, – чайник пока поставь…
Он тут же увидел кухню ее глазами и содрогнулся. Уходя утром, он торопился, не убрал посуду да еще пролил кофе, некогда было вытирать. И теперь посреди стола красовалась едва засохшая лужа бурого цвета, очертаниями напоминающая Аральское море. Впрочем, говорят, что Аральское море уже давно высохло и то, что рисуют на школьных картах, есть самое настоящее вранье.
В луже валялись осколки чашки, как корабли, намертво вставшие в песок. И в довершение на кучке рассыпанного сахарного песка сидели две жирные осенние мухи.
– Извини… – пробормотал он, – извини, пожалуйста, за беспорядок…
И поскорее скрылся в ванной.
Когда он вернулся через пятнадцать минут, все было убрано, стол чисто вымыт, но не зря он был знаком с Лизой достаточно долго и хорошо ее изучил. Он посмотрел ей в глаза и понял, что она не скоро простит ему то, что ей пришлось разгребать за ним грязь. Вместо того чтобы окончательно сломить, эта мысль придала ему бодрости. Или же он воспрял духом после горячего душа.
Он не успел купить еды, и на столе стояла тарелка с засыхающим сыром и кусками черствеющего батона. Михаил тут же вспомнил, как его мама из такого же набора продуктов умела сделать вкуснейшие гренки с сыром, и даже сглотнул слюну, почувствовав несуществующий запах. Отчего-то вспомнилась та девчушка из супермаркета, Аля. Уж она-то не стала бы подавать близкому мужчине к чаю одну черствую булку! Он невольно заулыбался, вспомнив, при каких обстоятельствах они познакомились. Забавная какая девчонка, надо же – имени своего стесняется…
– Садись! – пригласил он Лизу. – Уж чем богаты…
– Спасибо, я совсем не голодна, – проговорила она, – и вообще я ненадолго.
Этим, надо полагать, она хотела дать понять Михаилу, что на сегодня никаких постельных утех не предполагается. Михаил, сообразив это, не слишком огорчился, ему тоже сегодня было не до этого. Он устал, бегая по подвалам, и вообще хотелось на свободе поразмыслить насчет прадедова тайника.
– Ты обещал показать мне часы, – напомнила Лиза.
– Какие часы? – Михаил поперхнулся горячим чаем.
– Те самые, серебряные, папино наследство, – терпеливо объяснила Лиза.
– Я… я не могу. – Михаил отставил чашку. – У меня их нет.
– Где они? – Лиза повысила голос. – Ты обещал их принести!
Михаил вспомнил, что ничего ей не обещал, однако, возможно, она не так поняла.
– Да зачем они тебе? – Он тоже невольно повысил голос. – Что особенное ты хочешь увидеть? Обычные недорогие часы, ничего в них нет интересного…
Видя, как сверкают ее глаза, он из чистого упрямства повторял одно и то же. Теперь он уже не собирался рассказывать Лизе ничего про часы. Во-первых, это его личное дело, а во-вторых, он не любит, когда на него давят.
– Но ты же обещал… я специально из-за этого пришла… – Она подбежала и обняла его за плечи. – Миша, ну что тебе стоит? Ну где они, ну скажи… Ты отдал их кому-то, зачем?
– Нет. – Михаил освободился из ее объятий. – Я никому их не отдавал. Они на работе, в сейфе.
– Так поедем за ними!
– Не вижу необходимости. – Михаил собрал всю свою твердость. – Я сегодня устал, волосы мокрые, и вообще я не понимаю, для чего они тебе сдались…
– Можешь считать это моим маленьким капризом, – усмехнулась Лиза. – Неужели тебе трудно сделать для меня этот пустяк? Хотя бы из благодарности…
– Из благодарности за что? – Он встал. – За то, что подобрала неудачника и одарила своими ласками? За это я должен быть тебе благодарен?
В глазах у нее полыхал недобрый огонь, однако Михаил тоже смотрел неласково. Когда он готов был уже соврать, что ключ от сейфа у директора фирмы, и вежливо, но твердо попросить ее уйти, Лиза отступила.
– Вижу, что разговора у нас не получится, – пробормотала она. – Я, пожалуй, пойду.
Михаил не стал ее удерживать.
Анна открыла дверь и не узнала своего мужа.
Валерий был бледен, щеки ввалились, к влажному лбу прилипли редкие волосы. В общем, это было именно то состояние, о каком говорят «краше в гроб кладут».
– Что с тобой, дорогой? – всполошилась Анна, помогая мужу снять пальто и подавая
