Сотвори себе удачу

в глаза Люде.
– Не знает, не знает, – успокоила она его.
– Живем! – как ребенок, замахал он руками. После обеда, ровно в три, Людмиле позвонили.
Говорил женский голос на чистом русском языке:
– Здравствуйте! Я звоню по поручению господина Джонса. Он хотел бы с вами встретиться, так как завтра они уезжают в Штаты.
– Да, конечно.
Видимо, сам господин Джонс стоял рядом, потому что она вдруг перешла на английский. Видимо, переводила ему Людины слова. Потом продолжила по-русски:
– Вы могли бы подъехать в гостиницу «Палас-отель», номер…
– Нет, – перебила ее Люда, – лучше, если господин Джонс встретит меня… – Она судорожно представляла себе этот «Палас-отель». Она там никогда не бывала и не знала даже, как там внутри все расположено. Надо другое какое-нибудь место, и чтоб не злачное, а приличное. И чтоб недалеко от его паласа. – В кафе «Грин крест», это на Владимирском, – наконец придумала она.
– Да, я знаю, но знает ли он? Подождите, – ответил женский голос и затараторил по-английски. Потом уже в трубку по-русски деловито сказала: – Да, он знает. Он хочет встретиться через час.
– Хорошо, – выпалила Люда, но тут же спохватилась: – Нет, если можно, через полтора.
– Он согласен. И еще, – продолжал голос, – он просит, чтобы вы оделись так же, как в театре, чтобы он вас легко узнал.
Люда тут же представила, как она сидит в «Грин крест» за столиком с американцем в своем новом платье. И эта картинка вполне ее устроила. На этом они и распрощались.
Люда вбежала в комнату и только тут бросилась к зеркалу: голова никуда не годится. Она не мыла ее два дня. И чего она раньше думала, ведь времени было сколько угодно. «Ладно, заколю как-нибудь, – бодро решила она, но тут же осеклась. – Хотя, с другой стороны, надо бы выглядеть, ведь они потом будут Стиву рассказывать об этом свидании с ней и впечатления свои о ней передавать… Ну и что? Все! Все! Ничего ей все равно не успеть!» И она бросилась в парикмахерскую, чуть ли не на ходу натянув платье, то самое и единственное приличное, но ведь именно в нем ее и хотели видеть американцы.
…Она опоздала не меньше чем на полчаса, но успела-таки сделать ту же укладку, у той же парикмахерши. Чего ей это стоило?! Перед дверью она минуты две стояла, приводя дыхание в норму. Вошла она в кафе вальяжной походкой и лениво огляделась. Она вглядывалась в лица мужчин, но ни одно из них не было ей знакомо, кроме, пожалуй, одного… Но это был, кажется, всего лишь архитектор, с которым она была еле знакома.
Люда его действительно знала только в лицо, примелькался в ленпроектовской столовой. А однажды, года четыре назад, как раз именно тогда у мамы случился первый инсульт, он вдруг подошел к ней и сказал, что хочет поговорить. Они пошли в курилку, встали в уголке. И он без обиняков предложил ей покровительство влиятельного человека. Он так и сказал: «Один влиятельный человек хотел бы вам помочь. Он бы и маму вашу устроил в хорошую клинику с первоклассным уходом, и о вас бы стал заботиться…» Люда даже сначала не поняла, о чем идет речь. Тогда он вполне доходчиво объяснил, что она понравилась этому человеку как женщина. «Он, конечно, женат, но это ведь не помешает…» – сказал он. Люда не отшила его тогда, как-то растерялась. Просто сказала: «Спасибо, у меня и так все в порядке…» – и ушла. А потом подумала, что, подойди он неделей раньше, она ведь, может быть, и согласилась бы. Положение у нее тогда было безвыходное. Она бы решила, что ради мамы и так далее. Какое счастье, что Галка ей помогла!
Он кивнул ей. «У нас в городе что, живут одни архитекторы? Ладно, пусть видит, что у меня и без его гнусных предложений все в порядке», – промелькнуло у нее в голове.
– Привет! – улыбнулась она в ответ победоносно и снова обвела взглядом посетителей. Вдруг она услышала за спиной:
– Ludmila!
Она обернулась. Из туалета выходил американец. Да, она видела его тогда в театре.
– Мистер Джонс?
– Yes! Hello, Ludmila!
– Хелло, мистер Джонс! – вдруг вырвалось у нее вполне непринужденно, как будто она шпрехала по-английски всю сознательную жизнь.
Он прошел к столику, приглашая ее жестом.
– Cofe?
– Ес! – уверенно произнесла она. Он поймал официантку.
Как ловко у них с официантами получается… Вообще-то это не у них, а у официантов. Перед иностранцами стелются.
– Cofe! – только успел сказать этот Джонс, а девица в наколке уже поднос несет. Люда лениво пригубила кофе, потом так же лениво полезла в сумку, вытащила давно приготовленный конверт с SIM-картой. Снова отпила глоток, сделала кокетливо-кислую мину и постучала по руке, где не было забытых в спешке часов.
Американец галантно протянул ей руку, на которой были