Сотвори себе удачу

не любит!
– Как мы теперь будем объясняться с хозяевами? Ты это себе представляешь? Хорошо еще, что она ничего не сломала!
– Ну не сломала ведь…
Люда подошла к двери и распахнула ее. Негритяночка разговаривала с каким-то здоровенным мужчиной в летах, видимо своим отцом. Они оба тут же замолчали и обернулись к ней.
– У вас есть машина? – спросила Люда, глядя на них в упор.
– Машина разобрана, – пробормотал мужчина.
– Мне надо срочно в город! – закричала Люда.
– Можно на автобусе… – начала негритянка Маша. Она обернулась к зеркалу в прихожей, где была приколота бумажка с расписанием. – Сколько сейчас времени? – Она посмотрела на часы, сверилась с расписанием: – Не успеть! Здесь два километра до шоссе, – пояснила она Люде.
– Господи, что же делать?

Никола мчал по пустому шоссе. Скорость сто двадцать. Скорость пьянила его. «Я убью его, убью, убью! – твердил он. – И ты будешь моей! Приползешь сама…» Он представлял, как наводит пистолет на этого америкоса, нажимает на курок, яркая вспышка – и он падает… Кровь прямо из сердца растекается по белому снегу… Он благополучно пронесся мимо всех постов ГАИ. «Удача на моей стороне!» – понял он.
Совсем недавно он ехал в противоположном направлении в совершенно другом состоянии. На заднем сиденье лежала Люда, и он был уверен, что теперь уж Люда останется с ним навсегда. Он вспомнил, как они вдвоем с приятелем Маши втаскивали ее в машину, как укладывали поудобнее… Как потом он все оборачивался, боясь, чтобы не проснулась раньше времени. «Моя спящая красавица!» – окрестил он ее тогда. Как потом вместе с Ильей перенесли ее наверх, бережно уложили на придуманное им же царское ложе… Как оставили с Машей, которая непременно хотела обрядить ее в какие-то фантастические одежды. Сколько денег потребовала на них! Нет, она, конечно, ничего не украла. И чек предъявила… Может, надо было не слушаться этой глупенькой девчонки, а остаться с Людой тогда в комнате…
Все это мероприятие было целиком придумано Машей. Ей очень нравился Никола, который для нее был романтическим мечтателем, совершенно неприспособленным к жизни. Все, что он придумывал как архитектор, приводило девушку в восторг, так же, впрочем, как и хозяев будущего дома. Он был задумчив, неразговорчив, а потом вдруг приносил картинку чего-нибудь вроде оранжереи, и закипала работа, и на свет являлся, по ее мнению, шедевр архитектуры.
Дом уже был почти готов, оставались мелкие недоделки в интерьерах, но никто ничего не делал без распоряжения автора. Вызвали Николу, он быстро все прояснил, но был как-то уж очень расстроен и остался ночевать в доме. Маша изо всех сил старалась угодить ему. Разожгли камин, устроили ужин при свечах… Отец рано ушел спать, а они с Николой засиделись далеко за полночь. Тут он и рассказал ей о своей любви еще со студенческой скамьи. По его рассказам выходило, что он, стараясь всячески угодить своей возлюбленной, не может окончательно объясниться. И Маша решила во что бы то ни стало помочь этому непризнанному гению. Всю ночь она работала над сценарием, а наутро представила его несчастному влюбленному. Сначала план похищения Люды показался ему совершенно безумным, но Маша обосновала все глубоким знанием женской психологии, которые черпала из своего в основном опыта. В общем, Никола согласился, и даже сам загорелся этим мероприятием. К участию привлекли Машиного однокурсника, и работа закипела. Денег вложили немного, но мероприятие казалось грандиозным.
Никола не стал додумывать, что было бы, если бы он остался с Людой в комнате тогда… Может, и еще хуже!
Уже въехав в город и сбавив скорость из-за появившихся машин, он вдруг сообразил, что у него нет оружия. Да! Это неприятность… Но оружие можно достать! И он поехал к Апрашке. Как мучительно долго приходилось стоять перед светофорами, как медленно тащиться среди огромного количества автомобилей… Но в настоящей пробке он не завяз ни разу. (Ведь удача на его стороне!) Он поставил машину напротив входа на вещевой рынок, прямехонько на освободившееся только что, как будто специально для него, место. («Опять повезло!» – подсказывал голос.)
Перед закрытием народ на рынке как-то скучнел. Уже кое-где складывали прилавки и паковали товар. К нему подскочил малец-лохотронщик:
– Примите участие в рекламной компании! – тыкал он ему яркую пластиковую карточку.
Никола только высокомерно взглянул на него, и тот испарился. Где же оружейники? Он пытался выхватить из толпы покупателей нужного человека. Между людьми бродил жирный араб, бубня под нос: «…спырт, спырт, спырт…» Цыганка в ярких одеждах вполголоса тараторила: