В этой книге мы покажем вам отдельную от всех народов сущность еврейства, сдернем все покрывала и покажем еврея таким, какой он есть на деле, – голым и хищным, ведь еврейский вопрос – хотим мы этого или не хотим – обступает нас со всех сторон каждый день, если не каждый час.
Авторы: Родзаевский Константин
хотящими идти в плен Иуде и хотящими спасти свои нации от уничтожения, себя и свой народ – от порабощения.
Но какими жалкими и детскими кажутся по сравнению с пуримскими и другими погромами, учиняемыми евреями над «гоями», так называемые «еврейские погромы» древности, Средних веков и нашего времени и, в особенности, пресловутые российские погромы! Таких погромщиков, как евреи, поистине не знает свет. Естественно, их отец Дьявол, и они хотят исполнить похоти отца своего, как сказал Христос… Какой же «Пурим» установят в будущем евреи в честь «октябрьской революции», выполненной и проваленной ими и их верными ставленниками?
Но уничтожение национально-волевой элиты – только первый этап на пути к уничтожению нации и порабощению народов мировым еврейством. Вторым этапом можно считать насаждение разврата, который, как показывает все тот же исторический опыт и опыт наших дней, представляет собой одно из специальных орудий мирового еврейства в борьбе против стойких социальных организмов для их разложения, разрыхления и закабаления.
Опять нам придется обратиться к предостерегающим печальным примерам нашей Родины, ибо все, что делается в СССР, может быть приписано мировому еврейству, которое там распоряжается и владеет не только хозяйством, не только культурой, не только государством, но телом и душой каждого живого человека, порабощенного русского человека.
«Наш Путь», по данным, основанным на исследовании советских авторов (по странной иронии судьбы, вдобавок, евреев), публиковал в 1933 году:
«Везде проституция ужасна. Но нигде она не приобрела таких отвратительных форм, как в СССР. Там она грязна и жалка, ничем не прикрытая, в жалких лохмотьях нищеты.
Советские лицемеры любят говорить о женских организациях, о социальном патронаже – там беспризорные женщины, безработные и одинокие, брошенные жены, покинутые матери, обманутые девушки должны найти поддержку, кров, пищу, защиту, знание, службу. На деле все представляется иначе. Вот дом на Моховой улице, отведенный для девушек, вышедших из детских домов. Есть спальня, столовая, даже «красный уголок», вероятно, ячейка комсомола. Но внутри – грязь, процветает пьянство, сюда приходят мужчины как в публичный дом, и сами девушки ведут себя как профессиональные жрицы любви. И все жалуются на невыносимую скуку. В доме неуютно, холодно, нечего делать, а «красный уголок» давно превратился в место свиданий.
Можно понять голод, скуку, женскую непричастность как следствие проституции. Совсем неожиданной причиной женского падения является… брак. Кажется, во всем мире это происходит только в СССР. Повсюду семейный кров и муж становятся женской опорой и только там оказываются неизбежно пагубными. Статистика показывает невероятные цифры. С каждым годом растут разводы.
В 1926 году в Петербурге была зарегистрирована двадцать одна тысяча браков, и в то же время число разводов равнялось пяти с половиной тысячам. Но уже в следующем, 1927 году, на двадцть четыре тысячи браков разводов пришлось шестнадцать тысяч. В ЗАГСах установили, что есть браки, заключенные сроком на один-два дня, и в одном Московско-Нарвском районе таких браков на два дня оказалось сорок восемь. Нетрудно разыскать и причину повышения числа разводов. Именно в 1927 году была опубликована поправка к брачному кодексу, упрощающая их процедуру. Прежде требовалось согласие обеих сторон, теперь достаточно заявления одного из супругов, чтобы брак считать расторгнутым. Советский гражданин, вышедший на службу мужем, может к вечеру вернуться холостяком.
Процентное отношение разводов к бракам увеличивается с чудовищной быстротой. В 1928 году было заключено в Ленинграде 8.584 брака, за этот же период распалось 5.548 пар, то есть разошлись более половины семей. Были и более удивительные цифры: в одном районе на 547 браков было 418 разводов.
В конце концов статистика показала, что в среднем советский брак держится не более трех месяцев. Регистрирующие чиновники выработали даже особую терминологию. Есть «красноармейский брак» на время военной службы, затем «клубные браки»-однодневки, продолжающиеся между двумя клубными вечерами. Разумеется, все блага брачного кодекса получает мужчина, все страдания, лишения и риск падают на долю женщины. Семейная жизнь разрушена, у дверей стоит голод, один путь – на улицу. Сюда выходят не только вчерашние жены, но и дети.
Советская проституция пожирает десятилетних девочек. В этой горькой судьбе женщин частую и особую роль играет… кровать. Она же становится гибелью. С ребяческих лет девушки лишены собственного
