В этой книге мы покажем вам отдельную от всех народов сущность еврейства, сдернем все покрывала и покажем еврея таким, какой он есть на деле, – голым и хищным, ведь еврейский вопрос – хотим мы этого или не хотим – обступает нас со всех сторон каждый день, если не каждый час.
Авторы: Родзаевский Константин
его и в стихах):
«Товарищ Сталин,
Дай ответ,
Чтоб люди зря не спорили.
Конец предвидится, аль нет,
Всей этой суетории?»
Пока не видно…»
В «Газете Польской» в том же 1936 году была помещена статья бывшего московского корреспондента этой газеты, посвященная новым советским законопроектам о запрещении абортов, назначении премий семьям, имеющим более семи детей, о борьбе с разводами посредством значительного повышения платы за разводы и т.д.
Автор этой статьи, как человек, пробывший в СССР три года, утверждает, что «в Советском Союзе человек не принадлежит самому себе, государство, вернее – власть, вникает даже в наиболее интимные области его личной жизни».
Приводя затем яркий пример этой полной зависимости советских граждан от власти, автор замечает:
«До сих пор единственной областью, где гражданам СССР представлялась полная «свобода», доходившая иногда до абсурдной анархии, была область половых отношений. Необычайная легкость разводов, которые теоретически можно было получать хоть каждый день, огромные затруднения при взыскании с «отцов-дезертиров» алиментов, свобода в области абортов, ограниченная лишь «самодурством» специальных комиссий по делам абортов, – вот яркая картина господствующих до сих пор отношений в этой области.
Конечно, полностью пользоваться столь «счастливой и легкой жизнью» мог сравнительно небольшой процент всего населения СССР. Огромное его большинство – крестьяне – жили по-прежнему, соблюдая старые обычаи, и если в деревнях и происходили случаи нарушения седьмой заповеди, то они были результатом не распущенности нравов, а необычайной их простоты».
Далее автор утверждает, что «половой распущенности предавались прежде всего литературно-артистические круги и массы нового фабричного пролетариата, вырванного революцией из деревенской семьи».
«Революция действительно ликвидировала профессиональную проституцию, являющуюся источником доходов данной женщины, однако не ликвидировала проституции вообще.
В деле ликвидации проституции советские административные власти получили большие возможности для всякого рода злоупотреблений, так как за тайную проституцию (в виду официальной ликвидации явной) в СССР грозит пятнадцатилетняя ссылка; на Мурман, в Сибирь или же в Среднюю Азию можно было бы выслать добрую половину женского населения столицы.
Именно таким образом был в свое время разрешен властью вопрос о снабжении «женами» русских военных гарнизонов в среднеазиатских республиках, куда в период ликвидации НЭПа (1928 г.) массами ссылались «тайные проститутки» со всех больших городов Европейской России. По-видимому, советское «плановое хозяйство» охватывает также и область «человеководства».
Указывая затем на то, что новые законопроекты были отданы на обсуждение массам, автор утверждает, что это является только демагогическим приемом, подобным ежегодному выпуску «внутренних займов»: исключительно, как объясняет советское правительство, «вследствие настойчивых требований населения, желающего поместить свои последние деньги в социалистическое строительство». Затем подчеркивает, что во время обсуждения новых законопроектов обнаружилось много фактов, свидетельствующих о страшной распущенности нравов в СССР. Автор пишет:
«Вот эпилог «сексуальной революции», предпринятой в 1917 г. теперешним полпредом СССР в Стокгольме «товарищем Александрой Коллонтай», активной проповедницей «свободной любви», которую она не менее активно доказывала собственным примером».
Далее автор приводит выдержки из советской «Малой энциклопедии», которая порицает запрещение абортов в буржуазных странах следующими словами:
«Это каторжное законодательство было принято, главным образом, под влиянием Церкви и было продиктовано требованиями ложной официальной нравственности под лозунгом борьбы с «безнравственностью».
Та же «Малая энциклопедия» возмущается дороговизной разводов за рубежами СССР и хвастается, что «советское законодательство ввело полную свободу разводов, упрощая одновременно бракоразводную процедуру».
Основываясь на всем вышесказанном, автор спрашивает: «Какая же цель вышеупомянутого закона? Можно смело утверждать, что все советские реформы нужно прежде всего рассматривать с чисто полицейской точки зрения. Вся советская система управления заключается в том, чтобы у граждан не было времени задумываться над окружающей их мрачной, несмотря на лозунг о «счастливой жизни», действительностью. До сих пор это достигалось необходимостью подолгу стоять в разных
