Спаси меня

Я уже закончила наносить макияж и ждала своего выхода на сцену, когда услышала шум в коридоре. Дверь чуть не слетела с петель от сильного толчка.
— Пошли все вон, — кричал Волков смотря на меня горящими глазами.
Это был дикий взгляд безумца. Все как по команде быстро выбежали из гримерки оставив меня с ним наедине. Волков захлопнул дверь и стал медленно ко мне приближаться, пристально смотря мне в глаза, он двигался как настоящий хищник. И я испугалась его действий, попятилась к своему столику. А затем я сделала резкий толчок и побежала к запасному выходу, но успела сделать только два шага. Вова грубо схватил меня за волосы и развернул к себе лицом. Второй рукой он крепко обвил меня за талию и его захват был как тиски. Рука которая была в волосах теперь наматывала их на кулак, оттягивая голову назад. Он приблизился близко к моему лицу.
— Что ты хочешь этим добиться, — он был не просто зол, он был в бешенстве, — ты еще больше злишь меня, — он усилил свой захват у меня в волосах и на талии.
— Отпусти меня, — я начала вырываться, но от этого получалось еще больнее.
— Ты должна была приехать два часа назад, — уже кричал он, — но видно ты считаешь что я не достоин твоего внимания, — последнюю часть предложения он говорил с сарказмом.
— Я не сплю с клиентами, ты все не так понял, — я пыталась оправдаться.
— Правда, — его улыбка была жестокой.
Он резко развернул меня к себе спиной и толкнул к стене, так что мне пришлось опираться на нее руками. Руку из волос он переместил на затылок, а второй стал возится с моим костюмом, я почувствовала как Волков стал стягивать мои трусы.
— Нет, не надо, — я пыталась оттолкнуться от стены, но он еще сильнее придавил меня всем телом. Он делал мне больно.
— Пожалуйста, я умоляю тебя, не надо, — мой голос срывался на слезы. И его захват ослаб. Волков резко развернул меня к себе лицом. По моим щекам текли слезы.
— Хочешь сказать что не такая как все девушки здесь, — он ухмылялся, — что не спала и с Костей, — он смотрел в мои глаза. Я молчала, врать я не могла. И он все понял. Волков резко отпустил меня и поправляя куртку вышел из гримерки. А я сползла по стене на пол и заплакала. Как же я устала от всего этого.

Я думала, что ничего страшнее быть уже не может, чем я испытала в жизни. Но как я ошибалась…
После ухода Вовы я уже не могла выйти на сцену и попросила директора меня отпустить. Он все понял и разрешил мне поехать домой, и за это я была безмерно благодарна Рязанову. В такие моменты я была рада, что попала именно к нему в клуб, ведь могло быть и гораздо хуже. По дороге в маршрутке я долго осмысливала произошедшее. Зачем Вова так жестоко со мной поступает, постоянно унижает меня, причиняя страдания. Я ненавидела его и безумно хотела физически. Я проклинала его и не хотела больше видеть. И одновременно желала чтобы сегодня в гримерке он был нежен со мной и я бы отдалась ему безоговорочно. В сон я провалилась сразу как пришла домой.
Утром звонил мой телефон. Я открыла глаза и поняла, что проспала первую пару. Вскочив с кровати быстро начала натягивать джинсы и вязаный пуловер. На утренний кофе времени совсем не осталось, я успела только умыться и почистить зубы. Телефон звонил второй раз. Уже одевая сапоги, я нашла его в кармане своей сумки и подняла трубку.
— Привет, родная, — услышала я знакомый мужской голос, — ну что соскучилась по мне, я очень.
— Ко-с-тя, — шёпотом протянула я имя, и медленно присела на тумбочку в коридоре.
— Теперь будем наверстывать два месяца нашей разлуки, — и он положил трубку.
Закончилась моя мирная жизнь, хотя разве она была мирной, и у меня началась истерика, но в этот раз я уже не плакала — я смеялась.
Я не видела просвета в своем будущем, я вообще не видела своего будущего. Мне казалось, что я все больше и больше погружаюсь в этом болоте, и как бы я не поступала, что бы я ни делала, все ведет к одному — я утону. Но самое страшное я боялась утянуть на дно и брата. Идя по дороге в институт я набрала номер детского дома, но мне передали, что Вадим не может со мной поговорить, так как очень занят. Только теперь у меня стали закрадываться сомнения и непонятная тревога. Я просидела все оставшиеся пары как в тумане. Ничего не записывала и не слушала. Даже Андрей уточнил, не заболела ли я. Может я где-то совершила ошибку, может я что-то пропустила в отношениях со своим братом, не заметила. Как только занятия закончились я поехала к Вадиму, и мне было плевать, что я опоздаю на репетицию.
Зайдя в комнату к брату я не заметила никаких перемен, все те же постеры на стенах, много книг и журналов на полках над столом, кровать как всегда не убрана, но