НОВЫЙ военно-фантастический боевик от автора бестселлеров «Попаданец в НКВД» и «Попаданец специального назначения»! Наш современник, заброшенный в Сталинскую эпоху, меняет историю Второй Мировой, чтобы приблизить Великую Победу. Но Сталину мало спасти человечество от «коричневой чумы» – он решает СПАСТИ БУДУЩЕЕ.
Авторы: Побережных Виктор
сменились серьезной пальбой из автоматического оружия, а минут через пятнадцать, пытаясь заглушить вспыхнувшее чувство надежды, я услышал из-за деревьев голос Каримова:
– Андрей! Свои! Не стреляй!
Интерлюдия 10.
Москва, площадь Дзержинского, НКВД СССР, кабинет Л.П. Берия, вечер 28.03.1945 г.
– Присаживайся, Лев Емельянович. – Берия встретил генерала у стола и, пожав руку, спросил: – Как перелет?
– Нормально, Лаврентий Павлович. Никаких проблем не было. Ни летчики, ни техника не подвели. Да и погода не пакостила, спокойно по маршруту было, – Влодзимерский сел поудобнее и с удовольствием принял от наркома чашку с ароматно парящим чаем.
– А по делу как? Не надо, Лев Емельянович. Пока своими словами, в общих чертах. – Лаврентий Павлович отрицательно помотал головой, заметив, как Влодзимерский потянулся к толстой папке, принесенной с собой. – Ощущения меня твои интересуют сейчас, а не факты. Понимаешь?
– Понимаю, Лаврентий Павлович. – Генерал-лейтенант, начальник следственной части по особо важным делам НКВД СССР и просто один из лучших следователей Союза, задумался, медленно, маленькими глоточками отпивая горячий чай. Берия не торопил подчиненного и, сам отдавая должное ароматному напитку, терпеливо ждал, когда Влодзимерский еще раз прокрутит в голове все, что он думает по делу. Много лет зная Льва Емельяновича и уважая его мнение как великолепного профессионала, Лаврентий Павлович был больше чем уверен, что на его вопрос Влодзимерский мог бы ответить сразу. Но в то же время он прекрасно знал привычку генерала сначала еще раз обдумать, покрутить в голове известные ему факты, а уж потом говорить. Разумеется, что подобным образом тот поступал только в ситуации, когда вопрос задавался, как сейчас, почти неофициально и требовались не факты, а именно ощущения. Те нематериальные, не фиксируемые никакими приборами чувства опытных следователей и оперативников, которые иногда оказывались важней любых фактов и реальных следов.
– Странные ощущения, Лаврентий Павлович, – наконец Влодзимерский прервал молчание. – Какой-то парадоксальный сплав из случайностей, везения и глупости человеческой. Но в чем я уверен и даже убежден – против нас играли не иностранцы! Наши. Из системы. Не с самого высокого уровня, но из системы. И еще один момент. Произошедшие события показали, что охрана лиц особой важности производится ненадлежащим образом.
– Ну, насчет последнего я и так знал. Иначе бы не произошли эти события. – Берия откинулся на спинку кресла. – А вот про людей из системы поясни поподробнее.
