Одной из причин успеха Февральской революции 1917 года называют кризис управления империей, возникший по вине Николая Второго. Кризис, обусловленный недостатками последнего русского императора, как правителя и политика, бывшие продолжением его достоинств, как человека.
Авторы: Логинов Анатолий Анатольевич
Словно почуял что-то чужое. А может…? Говорят, собаки и кошки могут чувствовать потустороннее… Неужели — доппельгангер?[13] — несмотря на полученное образование, а может и благодаря ему, Алиса была весьма суеверна. Суеверие и мистические настроения императрицы привели к тому, что у российского престола крутились всякие предсказатели и юродивые. — Надо бы как-то незаметно проверить… Но как… Филип! Только как, не выдавая моей догадки, заставить его проверить натуру Ники? — императрица слегка успокоилась, пытаясь придумать лучший способ, как использовать Филиппа Вашона для проверки своих догадок. Черногорские принцессы — Анастасия, герцогиня Лейхтенбергская и Милица, жена великого князя Павла, уверили императрицу, что он не колдун и не маг, а настоящий христианский целитель и провидец. Когда императрица вновь забеременела, в полном согласии с предсказаниями Вашона, он получил степень доктора медицины и чин действительного статского советника. Однако в предсказанный срок, родилась четвертая дочь, Анастасия. Француз объявил, что рождение девочки вместо мальчика, которого обещали звезды, доказывает необычность ее будущей судьбы, а двойная линия жизни на ладони — знак защиты и спасения от опасностей. Но императрица, несмотря на эти объяснения, несколько охладела к провидцу. Однако теперь она готова была от отчаяния воспользоваться любым, самым незначительным шансом.
В дверь, постучавшись, вошла камер-юнгфера.
— Государыня, к Вам — герцогиня Лейхтенбергская!
— Пусть войдет! — приказала Александра, подумав — «Это знак провидения! Сейчас я уговорю ее прислать мне милейшего Филиппа, а уж он-то найдет ответы на мучающие меня вопросы».
Китай, Ляодунский полуостров, Порт-Артур, май 1902 г.
Ясное весеннее утро неторопливо переходило в день. Солнце, поднимаясь над Порт-Артуром, все сильнее освещало город и окружающие его серые скалистые горы.
В порту и городе, несмотря на раннее время царило необычайное оживление. Впрочем, необычайным оно показалось бы какому-нибудь постороннему наблюдателю. Местные же жители, во-первых, за год уже привыкли к оживлению, царившему в городе и окрестностях после прибывшего сюда, в отдаленные от материковой России городки целого десанта государственных контролеров и жандармов. Во-вторых, сегодняшнее событие было настолько нерядовым, что практически весь город, а не только работники, военные инженеры и армейцы, поднялся с первыми петухами. Сегодня в город, задуманный и основанный как одна из главных баз флота, наконец-то возвращалась из Владивостока Тихоокеанская эскадра. Возвращалась, чтобы остаться здесь, как в главной базе новообразованного Тихоокеанского флота, включающего ныне Тихоокеанскую эскадру, Сибирскую флотилию и Крейсерский отряд. Последние два соединения продолжали базироваться на Владивосток, но подчиняться теперь должны были командованию флота, расположенному в Порт-Артуре.
Потому и спешили сейчас нарядно одетые горожане и даже вездесущие китайцы, японцы и корейцы к порту, в который вскоре должны были войти корабли.
Порт-Артур с моря казался очень негостеприимным и суровым. Взгляду с борта подходящего к городу корабля сначала открывался длинный горный хребет, круто обрывающийся в море. От огромных угрюмых желто-серых скал и ущелий, голых, лишенных даже зарослей кустарника, не говоря уже о деревьях, веяло тоской и холодом. Только поблескивающие на солнце стволы орудий несколько оживляли вид плоских вершин этих гор. Справа от прохода во внутреннюю гавань на отколовшемся от основного массива и остановившемся при падении в море скалистом утесе располагалась батарея, так и называвшаяся «Электрический утес», вооруженная мощными одиннадцатидюймовыми пушками (доставка которых из Либавы и установка на батареи потребовали немалых усилий). Оснащенная собственной электростанцией, питающей установленные электрические прожектора, что и послужило основанием для ее названия. Конечно, сейчас, в свете нарождающегося дня прожекторов видно не было, но стволы орудий, пусть укрытых за брустверами, ярко сияли под солнечными лучами.
— Видны как специально — для облегчения пристрелки, — проворчал, опуская бинокль, младший артиллерийский офицер «Ретвизана» Кетлинский.
— Нет смысла возмущаться, Казимир Филиппович, — ответил ему командир броненосца, капитан первого ранга Щенснович. — Нельсон утверждал, что пушка на берегу равна десяти на борту корабля. И видны они стали только сейчас. Когда мы почитай вплотную к берегу подошли. Я думаю, пока вы будете подходить и пристреливаться, вас изобьют настолько, что не до
