Недалекое будущее. Третья мировая война. Возвращаясь с задания, разведывательная группа «Урал» капитана Трофимова случайно берет в плен полковника румынской армии. Полученная от «языка» информация оказывается настолько интересной, что проверять ее за линию фронта отправляется усиленный отряд разведчиков-спецназовцев. Так, по приказу командования, группа «Урал» ввязывается в самую опасную операцию из всех, что были за эту войну.
Авторы: Ищук Александр Александрович
такой же длины. Потом повороты и выход в центральный двор.
— То есть стена, в которую мы упремся, дойдя до развилки, отделяет нас от центрального двора?
— Да.
— А где сидит Дракула?
— Э-э-э… Не знаю. Надо у американца спросить. А где он?
— Да, — с интонацией шакала Табаки поинтересовался я у своих головорезов, хотя знал ответ и так, — где эта сволочь?
— Так это, — замямлили мои, — мы как за осиной пошли, так его и прирезали. А не надо было?
Румын тяжело вздохнул.
— Я не знаю, где его искать… Но он точно в замке.
— Значит, придется резать всех.
— Видимо, да.
— Печально. Так, ставлю задачу: сейчас гранатометами проламываем стену во двор. После того, как стена рухнет, фигачим туда все выстрелы. Внутри они нам не понадобятся. И пока не утих кипиш, который, я надеюсь, там будет, мы должны добежать до стены. А там по обстановке. Начали.
Стрелки заняли позицию. По привычке глянули по сторонам и назад. Убедившись, что сзади никого нет, жахнули. Громыхнуло знатно. В темноте стало видно, что где-то в глубине горит большой костер. Судя по всему, горел он именно во дворе замка. Тут же туда ушли еще две гранаты, а парни добавили из имеющихся «мух». Все выстрелы ушли во двор. Там началась кутерьма. Послав еще четыре гранаты, парни выкинули РПГ. Гранат к ним больше не было.
— Микола, метров за десять до пролома дашь хорошую очередь внутрь. Двинулись.
Достаточно быстро прошли мост и вошли в коридор. Благодаря сильному сквозняку пыли в нем уже не было. За десять метров до пролома Микола стрельнул, и мы подошли к пролому.
Внутри все выглядело так, как и должно выглядеть после множественных взрывов гранат: небольшой пожар, фрагменты тел, много фрагментов, обрушенные стены и — ни души.
— Интересно, а Дракулу мы завалили? — поинтересовался кто-то.
— Нет, — хмуро ответил румын, — его так просто не убить. Нужен кол в сердце.
— Командир, что дальше-то? — поинтересовались мои.
— Что дальше? — спросил я румына.
— Что, что, — заворчал он, — ты командир, тебе и решать. Я же предлагал вызвать подмогу…
— «Кац сразу предлагал — сдаться… сдаться… сдаться…» — проявил знание советского кинематографа Олег.
— Ты же сюда поперся, — продолжал румын.
— Санек, можно я его стукну? — спросил Марсель.
— Нельзя. Зашибешь ненароком. Слышь ты, патриот своей страны и престарелый охотник за табуретками, — обратился я к румыну.
— Зачем?! — не понял тот.
— Заткнулся и слушаешь дальше. Ты сейчас договоришься, и я тебя как наживку использовать буду: привяжу к веревке и буду в самые темные коридоры закидывать. И плевать мне на приказы. Заканчивай бубнеж и говори: где теоретически должен сидеть главный кровосос. И главное: во дворе сейчас безопасно?
Румын еще больше насупился, но ответил:
— Тут везде опасно. Из строя лучше не выходить. Здесь могут быть и раненые. Кстати, для начала лучше зачистить двор. А Дракула, скорее всего, ушел в подземные коридоры. Скоро рассвет, а свет для него губителен.
— Хорошо, уговорил. Так, бойцы, сейчас, не нарушая фаланги, гуляем по двору и тыкаем во все, что можно, кольями. А там поглядим.
По двору «гуляли» минут двадцать и кольями, как саперскими щупами в поисках мин, прокалывали все, что попадалось на глаза.
На двадцать первой минуте раздался недоуменный возглас Ильдара:
— Не понял?!
Все замерли.
— Ильдар, что там у тебя?! — зашептал я.
— Командир, тут лежит фрагмент тела, но ранения у него не осколочные.
— А какие? — удивился я.
— Колото-резаные. Я бы даже сказал, рубленые.
— Ты ничего не путаешь?
— Блин, юрист, иди и сам посмотри, — огрызнулся он.
Я протиснулся к Ильдару. А он продолжал рассматривать часть человеческой руки. Кисть и предплечье были не повреждены, а плечо присутствовало частично. Я подсветил фонарем и убедился, что медик не ошибся: руку именно отрубили. И не просто отрубили, а отсекли одним движением. Срез очень ровный.
— Может, это останки жертвы? — предположил я.
— Тогда в качестве жертвы был «Зеленый берет».
— Почему ты так думаешь?
Вместо ответа Ильдар перевернул останки руки ладонью вниз, и я увидел татуировку «De oppresso liber». «Освобождение от угнетения» — девиз «Зеленых беретов».
— Оригинально! — в очередной раз удивился я. — Может, все-таки кровососы и америкосов на «мясо» пустили?
— Может быть, — протянул Ильдар. — А расчленять-то зачем? — Он повернулся к румыну: — Полковник, что скажете? Жертвоприношения или э-э-э… принятие пищи у вампиров сопровождается расчленением?
— Насколько мне известно,
