Спецназ навсегда

Да уж. А я боялся. Зачем строителям стараться если заказчик не полезет проверять на такую верхотуру. Наличие то стекла наверху видно, с верхнего этажа дачи. А вот то, что оно просто насыпано, как попало, а не выложено аккуратно острыми кромками вверх, не заметно.
Конечно, острого тут хватает, но и ухватиться руками есть за что, вот тут и тут — у края. Время ускоряется и закон всемирного тяготения вступает в силу. Ещё один разбег, руками ухватиться в заранее намеченных местах, рывок и тело летит на другую сторону, на бетонную дорожку находящуюся в паре метров от стены. Так оно надёжней, следов не останется. А дальше дело техники.
Вообще-то мне нужен вот тот балкон на втором этаже. Но ломиться в закрытые окна? Я же не Карлсон которые живёт на крыше? Делать мне нечего. Пойду через дом, заодно послушаю о чём треплются вон те два парня, с молодой девахой в короткой юбке и подносом в руках.
Серьёзно? Вот бабы народ морозостойкий, мужики в пиджаках и явно не потеют, а этой с голыми ляжками хоть бы хны. Ну не считать же одеждой, капронки у неё на ногах? Служанка местная? Или наняли обслуживать встречу?
Подкрадываюсь, слегка пригнувшись, чуть ближе, отвод глаз это хорошо, но так надёжней, ещё и кустами прикроюсь. Вот. Хорошо. И так, что у нас тут за тайны?
Ну что могу сказать? Брачные игры павлинов перед сойкой-пересмешницей. Ага. Эти выпячивают грудь колесом и распускают перья, а девчонка хихикает и набивает себе цену. В общем, пойду я…
Хотя ножки у официанточки хороши, не отнять. Но ведь ещё и ветерок наяривает, парни аж ёжатся, а эта заливается от смеха и не мёрзнет. А вечерок то холодный, градусов десять не больше. Ладно я. Могу и в снегу спать, но это… Да уж… Форс мороза не боится.
И так что мы видим? Пять вооружённых мужиков, две симпатичные девицы и пожилая тётка повар. И думаю, гости генеральские ещё и со своей охраной приедут. Будет многолюдно. Но это не так и важно. Главное, чтоб подельники с собой охрану не потащили туда, где будут сидеть. Но я в это не верю.
Нужное мне помещение обнаружил через семь минут исследования территории. Генеральский кабинет на втором этаже. Подождём? Вот засяду за этим шкафом у стеночки в полусумраке и буду ждать.

За накрытым генеральским столом сидело четыре человека. Сам Пивнюк, парочка депутатов, один жирный хряк, а второй худой как жердь… Во! Буду звать их Толстый и Худой. Не по имени-отчеству же к ним обращаться. Как раз к ним подходит.
А ещё был полковник, я так понял, что из Конторы. Как говорится, точное место работы определить не удалось, но направление верное.
Понятное дело, что на лбу у них не было написано, кто они такие, так ведь и я не сразу бросился всех убивать. Так и сижу, скромненько, за шкафчиком, в тенёчке.
Надо же убедиться, что это на самом деле те, кто мне нужен. А то мало ли, может, тот же полковник «казачок засланный». А я его грохну.
Но нет. Судя по разговорам, замазаны тут все. Например, выпивают, за то, что генерал ловко отмазался. Потом за полковника, который устроил «самоубийство» Заволодского… Так же думали над тем, кто займёт место Хасана и Заволодского в их преступной группировке.
А ещё стало понятно, что я правильно поступил, когда выключил и разобрал телефон. Разговор коснулся безопасности переговоров. И генерал напомнил, что не просто так попросил сдать телефоны. В общем, спалился бы, за милый мой, стоило войти в помещение с мобилой.
Ну что же, кажется, пора пошалить. Именно так. У меня появилась идея. Не особо умная и нужная, но не выбрасывать же её из головы. Что я зря думал что ли?
Делаю шаг из-за шкафа, одновременно сбрасывая с себя невидимость. Глушитель «Стечкина» упирается в затылок полковника. Он единственный тут вооружённый человек. Генеральский ствол лежит в ящике рабочего стола, стоящего у стены, а выпивают они посреди комнаты. Не хилую такую поляну себе накрыли.
— Хреновенького здоровья, граждане бандиты, — становится весело от этих обалдевших рож.
— Ты кто? — взвизгивает один из депутатов. Тот, что пожирнее.
— Предлагаете поговорить о лошадках и их предпочтениях в выборе одежды? — радостно скалюсь. Вспоминая адекватный ответ, про коня в пальтишке.
— Чего? — пучит на меня свои зенки.
— Пасть закрой говорю, — недобро, эдак, сверкая на него глазами, — пулька залетит.
— Чего?
Ну и кто упрекнёт меня за то, что я ему врезал? Ногой. В ухо. Не сильно. Он даже не вырубился, только поплыл слегка и на пол хряпнулся. А что делать? Руки то у меня заняты, я ими пистолет, между прочим, держу.
— Вякнешь ещё не по делу, пристрелю. И хватит скулить, противно. Полковник,