Спецназ навсегда

глотков пенного напитка.
— Вот сбил меня с мысли, — укоризненно смотрит на него богиня, — больше терпения, юноша.
— Шикарно выглядишь, — показываю бабульке большой палец.
— Правда? — блондинка тут же радостно крутанулась вокруг оси. — Ты так считаешь?
Мы с Лаки аж пивом поперхнулись от такого. Ещё бы не поперхнуться. Не будь Лаки практически равнодушным, ко всем женщинам, кроме своей жены, а я не будь внуком, который тоже смотрит на всё это лишь с эстетической точки зрения, то реакция могла бы быть куда более сильной.
Представляете, на Маришке коротенькая юбочка, значительно выше середины бедра. Значительно! И вот когда она крутанулась, эта свободная юбчонка ещё и задралась. А мы снизу.
— Бабуля, не могла бы ты не сверкать прелестями, — откашливаюсь. — Может, присядешь?
— Вот, фу, таким быть, — смеётся и взмахом руки переместив кресло от стены к столу падает в него. Ещё мгновение и в руках у неё высокий пивной стакан: — Наливай.
Не скажу, что особо что-то изменилось. Потому, что сверху на ней майка, туго обтягивающая грудь. При этом, впереди всё это очень шикарно смотрится в вырезе, и сбоку дырки пор руки чуть ли не до середины торса. Так что часть груди и там светится. А такое понятие, как лифчик под открытую одежду, Маришка не признаёт.
Внимательно посмотрев на меня и оценив мой укоризненный взгляд, попыталась всё-таки поправить юбчонку, чтоб прикрыть хотя бы филейную часть, которая в такой позе открылась взору.
— Вот что вы за люди, — надула губки, — не даёте девушке вкусненьким пообедать.
— Вкусненьким? — недоумеваю.
— Ага, — кивает и, отпив глоток пива, счастливо жмурится. — А знаешь, наверное, давно стоило тебе рассказать… — замолкает, приподняв стакан и любуюсь пузырьками в напитке.
— Что именно?
— Это просто вопрос питания, — улыбается, отпивая очередной глоток. — Боги привязаны к своей пастве, и лишившись её — лишаются силы и могут исчезнуть.
— Или превращаются в таких, как Локи, — киваю.
— Верно, — сдувает локон упавший на лоб, — поэтому Всеслав сделал нас другими. Мы с Аней, такие же, как и он — полубоги-полудемоны. У этого есть свои недостатки и свои плюсы. Но главное, мы не умрём, потому, что люди нас забудут. Да и не знает особо про нас никто.
— И это круто! — искренне радуюсь.
— Да, — смеётся. — Так вот. Боги живут верой, а демоны страстями и эмоциями людей, ну или других рас. Поэтому за прообраз Всеслав взял суккубов — демонов страсти, и создал микс. Но и как любого нормального мужика его не устраивает, чтоб его жёны ради Силы занимались сексом с кем-то ещё кроме него. Поэтому мы с Анюткой питаемся вожделением. Желанием нас. Возбуждением. Например, взять Лаки, он искренне восхищается и испытывает возбуждение, но при этом не хочет секса со мной. Представляешь, насколько часто мне удаётся попробовать такое? Или ты? Ты же прям пялишься на всё, что видно, — шлёпает себя по голому бедру.
Ну как по бедру. По верхней его части, сильно верхней. Точнее даже по попе, только сбоку. И хитро блеснув глазками, продолжает:
— При этом, делаешь это без смущения, как некоторые. Дескать, я не такой, вот только краешком глаза… Ты проще, честнее. Но при этом ты совсем не возбуждаешься. Силы от такого я получаю меньше, но у неё очень тонкий вкус. Деликатес. Ты вообще один такой. Вот как-то так, мальчики! — разводит руками.
— Охренеть, — чешу затылок. Лаки же выражаться не стал, но многозначительно покивал.
— И вообще сбили меня с мысли, — Маришка щёлкает ногтем по краю стакана. — Я же к вам по делу пришла.
— По какому?
— У нас всё получилось! — глазки радостно сверкают. — Только что стало известно, что Молот и Тихоня благополучно высадились на Эдеме.
Вы представляете, эти две хитрющие дамочки, решили, что рисковать мной просто так нельзя. И решили рискнуть кем-то другим. Провести эксперимент, так сказать. И крайними оказались Молот и Тихоня, мои погибшие друзья. Их души были перемещены в амулеты, которые достали наши подруги Валькирии во главе с рыжей Белкой.
А доставку на Эдем осуществила Пума — красивая девочка Рита, рискнувшая своей жизнью ради наших парней. И как поведала Маришка уже успевшая пострадать, попав в рабство. Так что теперь у того мира проблемы, парни наши решили искоренить эту пагубную тенденцию, держать людей в рабстве.
Злюсь ли я на этих коварных бабулек, которые из-за меня подвергли опасности моих друзей и в их числе Риту. Нет, конечно. Угораете что ли? Как можно злиться на то, что мои друзья живы?
Ведь если бы не их паранойя, парни так и болтались бы непонятно где. Вроде как, в том самом месте, где проводил последнее время Тунгус. Как заверили Анютка, весьма комфортное место в Аду, оставленное там, на