Спираль времени

одежда которого была украшена тонкой золотой цепочкой, выступил вперед.
— Великий судья! — закричал он как можно громче, чтобы его услышали все. — Перед тобой бывший раб по имени Рени, уличенный в убийстве верховного жреца страны Дена. Вынеси ему свой справедливый приговор. И будет так!
Геза сидел неподвижно, глядя прямо перед собой, застывший, как изваяние. Живое олицетворение правосудия!
Наступила напряженная тишина ожидания.
Геза заговорил, разделяя каждое слово длинной паузой. Четыре жреца, повернувшись на четыре стороны, протяжно и громко повторяли за ним.
— Я забыл сейчас, — говорил Геза, — что убитый был моим братом. Я помню только, что он был моим властелином, верховным жрецом, первым человеком в стране, после Роза и Боры…
Братья переглянулись, очень довольные таким проявлением покорности Гезы. Этого они не ожидали.
— …Я помню сейчас только то, что Ден был молод, что он долго еще мог жить. Презренный и низкий раб заставил его умереть прежде времени. Душа Дена требует от меня сурового наказания его убийце. Я решил…
Геза надолго замолчал, не столько потому, что этого требовал обычай, но главным образом оттого, что волнение душило его. Он не решался опустить глаза и посмотреть на Рени, а, как и прежде, смотрел прямо перед, собой.
— Я решил, — повторил он. — Убийца будет похоронен раньше Дена. Его опустят в могилу живым, снабдят водой и пищей. Чтобы он не задохнулся, в его могилу будет проникать воздух. Сверху мы положим тело Дена. В темноте и холоде своей могилы убийца долго будет ждать смерти. У него будет время вспоминать свое преступление и жалеть о нем. Будет так!
Приговор произвел потрясающее впечатление. Такая утонченная пытка никогда не применялась. Заживо похороненный человек мог прожить целую луну.
Жрецы и воины приблизились к Рени. Он встал сам. Жестокий приговор, казалось, нисколько не повлиял на его спокойствие.
— Благодарю тебя! — сказал он, обращаясь к Гезе.
Дерзость осужденного вызвала гневный ропот в толпе жрецов.
Рени гордо вскинул голову. Он хорошо знал, что никто ничего ему не сделает. Что можно сделать человеку, приговоренному к такой казни? Впервые в жизни Рени был абсолютно свободен, недаром сняли с него обруч раба.
— Я умру, благословляя твое имя, — продолжал он с явной насмешкой. — Ты мудр и справедлив. Моя душа придет к тебе, когда покинет тело.
— Позволь заткнуть ему рот, — прошептал жрец, наклонившись к уху Гезы.
Верховный жрец ответил гневным взглядом. Жрец помешал ему прислушиваться к словам Рени, тайный смысл которых понимал он один.
— Не трогай! — ответил Геза сквозь зубы. — Он хочет вызвать легкую смерть. Пусть говорит.
— Я буду говорить, — сказал Рени, услышав эти слова. — О нет, я не ищу легкой смерти. Я доволен твоим приговором, великий судья! Ты выполнил мое тайное желание. Мне будет хорошо под телом твоего брата. Оно охранит меня от злых духов. Но не думай, что меня ожидают долгие мучения. Я перестану дышать воздухом, которым ты великодушно меня обеспечил, через три дня. И умру, радуясь, что обманул твои ожидания.
— Уведите его! — сказал Геза, словно ему надоели речи преступника.
Рени сказал все, что Геза хотел знать.
Роз удивился, что Рени ни словом не обмолвился о своей невиновности. Смутные подозрения проснулись в нем.
— Проверь, — шепотом приказал он Добу, — нет ли из могилы подземного хода.
— Его не может там быть, мой господин. За рытьем могилы наблюдали три жреца. Все делалось открыто.
— Исполняй то, что тебе приказано, — сердито сказал Роз.
Геза заметил и понял весь этот разговор. Он усмехнулся. Пусть Роз проверяет. Его посланный ничего не увидит, что могло бы раскрыть замысел Рени.
Между тем жрецы расчищали широкий проход к могиле. Народ теснился, уступая им дорогу.
Началось шествие к месту казни.
Впереди воины вели Рени. За ними медленно шел Геза. Затем следовали Роз, Бора и Лана. Замыкала шествие толпа жрецов.
Народ перенес свое внимание на властителей, которых ему редко приходилось видеть так близко. Раздалось несколько криков зажатых толпой людей.
Опасаясь, как бы не смяли высоких особ, воины окружили их. Сквозь ряды протиснулся Доб и тихо сказал Розу:
— Всё в порядке, мой господин. Могила выложена камнями. Из нее не выскользнет и змея.
Роз успокоился. Видимо, Геза поверил в виновность Рени. А если и не поверил, то смирился и делает вид, что верит.
Могила была очень глубока. В самом низу она, действительно, была укреплена камнями, чтобы земля не осыпалась и не завалила ее. Тяжелая, из толстых досок, крышка лежала возле.
Геза внимательно посмотрел