Список семи

забыть о том, что доисторический человек не был большим чистюлей, не умел абстрактно мыслить и так далее, чем в таком случае он обладал, чему мы могли бы позавидовать?
— Он все умел делать собственными руками, — ответил Дойл, пытаясь сообразить, куда клонит Спаркс.
— Он жил в гармонии с природой, — проговорил Спаркс, словно не заметив ответа Дойла. — Первобытный человек был неотделимой частью природы.
— Ну да. Благородный дикарь, Руссо и прочее.
— Именно. И результатом этой гармонии с природой явилась необыкновенная чувствительность древнего человека к земле, по которой он ходил, к лесам, в которых охотился, к ручьям, из которых пил. Ему не надо было изучать фэн-шуй, ибо он рождался с этим, как рождаются звери, охота на которых давала ему пищу и, следовательно, жизнь.
— Вы хотите сказать, что тропы, проложенные древними, совпадали с силовыми линиями земли? — спросил Дойл.
— Да. Пересекая местность, казалось бы, совершенно произвольно, эти тропы, быть может, являются не чем иным, как электромагнитной «нервной» системой планеты.
— А могут быть и просто дорогами, — не без иронии заметил Дойл.
— Могут. Но что вы скажете в ответ на то обстоятельство, что именно на пересечении этих силовых линий, там, где… неважно, как вы это назовете, китайцы называют эти точки «дыханием дракона», — словом, в местах, где находятся высшие точки этой пульсирующей энергии, древние люди возводили храмы и другие культовые сооружения, а теперь там стоят христианские церкви, которые мы посещаем?
— Я отвечу, что все это требует детальной проверки.
— В Англии таким местом является Стоунхендж и древнее аббатство в Гластонбери. А Вестминстерское аббатство, построенное на месте римского храма Дианы, стоит на пересечении самых мощных энергетических линий во всей Англии. Говорит вам это что-нибудь?
— «Есть многое на свете…»
— Да, Горацио. Еще более захватывающей картина становится, если вспомнить, что бог Гермес (древние греки отлично знали о существовании этих линий, можете нисколько не сомневаться) был не только богом плодородия, как и богиня Диана, но и богом дорог. Наши предки кельты, отдавая дань почитания Гермесу, ставили каменные столбы на пересечении наиболее важных дорог. Думаете, обычные указатели? А может, это были своеобразные проводники энергии Земли?
— Но кельты не поклонялись греческим богам, — возразил Дойл, не зная, что еще сказать.
— Верно. Но у кельтов был бог Тевтат, кельтский Гермес. После завоевания Британии Римом сам Цезарь удивлялся тому, как легко было убедить кельтов поклоняться Меркурию, то есть все тому же Гермесу. Тевтат всегда изображался с корзиной в руках, обвитой змеей, а Гермес и Меркурий — с жезлом.
— Только жезл обвивают две змеи, — заметил Дойл.
— А что символизирует жезл? — спросил Спаркс.
— Искусство врачевания.
— Вот именно. Представьте, что кому-то удалось подчинить себе змея, дракона или, иначе, силу Земли, — естественную силу, Дойл. Такой человек получает дар врачевателя. А что, если в мифологии кельтов дракон понимается не в буквальном смысле слова? Помните, какой дар обретает Георгий-Победоносец, «повергающий змея»?
— Ну, знаете ли, Спаркс…
— Дар врачевания болящих! Бесстрашный воин, вступая в битву с драконом, вонзает копье не в примитивного змея, как могли бы подумать, а в туго закрученное кольцо природных сил. Это все равно что подключиться к источнику неисчерпаемой энергии. Именно поэтому Георгий стал одним из главных канонизированных святых Англии. Энергия, Дойл, физическая энергия нашей планеты, которая пронизывает насквозь все и вся. А мы настолько слепы и заняты всякими пустяками, что даже не в состоянии осмыслить ее…
От этих рассуждений Спаркса у Дойла раскалывалась голова. «Может, под этими камнями пролегает мощная силовая линия, которая высасывает из меня все соки?» — усмехнулся про себя Дойл.
— А как впервые цивилизованное человечество попыталось использовать эту мощь Земли? Для чего возводились древние храмы? Думайте, Дойл, думайте!
Дойл силился ответить:
— Для жертвоприношений?
— Для врачевания! «Исцели больного, воскреси из мертвых!» Человек обращался к богу с этой мольбой, потому что в одном лице для него воплощались и врач, и бог. Совсем как два змея, обвившиеся вокруг силовой линии. Подумать только, Дойл! — возбужденно воскликнул Спаркс, будто сам поражаясь удивительному умозаключению. — Вы помните, кто был старшим сыном Гермеса?
— Простите, не помню, — сказал Дойл, вконец измученный.
— Бог Пан, бог земли и плодородия. Христиане его отвергли, считая Дьяволом,