Лондонский врач Артур Конан Дойл приглашен на спиритический сеанс, во время которого происходят зверские убийства. Спасаясь от преследователей, Дойл встречает таинственного человека в черном и оказывается вовлечен в череду загадочных и необъяснимых событий, из которых сражение с ожившими мертвецами — ещё не самое жуткое. Человек в черном обладает великолепным дедуктивным мышлением и умеет играть на скрипке… Вам это ничего не напоминает?
Авторы: Марк Фрост
многозначительный взгляд на Дойла, начинавшего наконец понимать причину отчаяния дворецкого.
— Вот именно, сэр. За меню, которое утвердили несколько недель назад, отвечаю тоже я. Меню отпечатано, все как полагается, сэр. — Раскин погладил себя по карманам, измазавшись жидкостью, которой он натирал серебро. — Экземпляр у меня тут спрятан.
— Не беспокойтесь, Раскин, все в порядке, — сказал Спаркс.
— Да, сэр. Обед должен быть великолепным, — проговорил дворецкий, неестественно оживившись; Дойл понял, что этот человек наверняка давно не ел, да и с психикой у него далеко не все в порядке.
— Но с обедом возникли какие-то трудности, так? — спросил Спаркс.
— Видите ли, в настоящий момент запасы продовольствия поистощились, а из-за того, что мы лишились повара, справиться со всем мне одному не по силам…
— Ну еще бы. Чтобы приготовить обед, требуется время, — пришел на помощь Раскину Дойл.
— Так точно, сэр. Я начну готовить сразу после того, как закончу остальные дела. Времени на приготовление обеда уйдет уйма, а потому я постарался запомнить меню наизусть, чтобы ничего не перепутать, — проговорил рассеянно Раскин, снова поглаживая себя по карманам. — О господи ты боже мой! Господи, куда я подевал часы?
— Сейчас без четверти девять, — подсказал Дойл.
— Без четверти девять? Вот как. Без четверти девять, — повторял дворецкий, словно само понятие времени никак не укладывалось у него в голове. — А гости прибывают… О боже, джентльмены, вы ведь приглашены на обед?
— Да. Но сказать по правде, мы прибыли несколько рановато, так что не волнуйтесь, Раскин, — успокоил дворецкого Спаркс.
— Стало быть, вы первые. Добро пожаловать, добро пожаловать. О господи, прошу покорно меня простить, джентльмены, я даже не приказал внести ваши чемоданы.
И толстяк попытался встать со стула.
— Все в порядке, Раскин, наши слуги за всем проследят, — сказал Спаркс.
— Вы уверены? Пусть экипаж поставят в конюшню…
— Спасибо, Раскин, о нем уже позаботились.
— Спасибо вам, сэр.
Раскин заерзал на стуле. Тело его обмякло, лицо стало серым.
— С вами все в порядке? — обеспокоенно спросил Дойл.
— Я, конечно, сильно притомился, сэр, — ответил Раскин. — По правде сказать, мне бы полежать минуту-другую, прежде чем начнут съезжаться гости. Всего каких-нибудь несколько минут. Но столько дел, столько дел, — задыхаясь, выдавил из себя Раскин, вытирая грязной салфеткой пот со лба.
— Сколько гостей приглашено к обеду, Раскин? — спросил Спаркс.
— Человек пятьдесят, сэр. Настоящий прием. Скажу прямо, сэр, в этом году хозяин себя совсем не жалеет.
— А он дома? Ваш хозяин дома?
— Да, сэр, — тяжко вздохнув, проговорил Раскин, и на его глаза опять навернулись слезы. — Но он не в себе, сэр. Совсем не в себе. Из комнат не выходит, кричит на меня из-за двери. Даже не завтракает.
— А вы не могли бы проводить нас к нему? — спросил Спаркс.
Раскин заволновался.
— Не уверен, что хозяину это понравится, сэр. Со всем к вам уважением, но он скверно себя чувствует. Да, сэр, очень скверно.
— Понимаю ваше беспокойство, Раскин, — сказал Спаркс. — Со мной доктор Дойл, который приехал как раз для того, чтобы взглянуть на вашего хозяина.
— Так вы доктор, сэр! — не веря своим ушам, воскликнул Раскин, словно надеяться на такое не было никакой возможности.
— Да-да, — проговорил Дойл, поднимая с пола саквояж.
— Если бы вы объяснили, где найти вашего хозяина, Раскин, — сказал Спаркс, — мы бы вас больше не беспокоили.
Дворецкий снова попытался подняться, Спаркс остановил его:
— Нет никакой необходимости сопровождать нас. Скажите только, на каком этаже расположены его покои.
— На этом, сэр. В конце коридора. Последняя дверь направо. Но постучите сначала, сэр. Обязательно постучите.
— Спасибо, Раскин. Вычищенное вами серебро просто сверкает.
— Правда, сэр? — радостно произнес Раскин, не зная, как выразить свою признательность.
— Уверен, что обед удастся на славу, — ответил Спаркс, жестом приглашая Дойла следовать за ним.
— А для чего возведена стена, Раскин? — внезапно спросил Дойл.
На лице дворецкого было написано недоумение.
— Какая стена, сэр?
— Стена снаружи.
— Боюсь, что я не знаю, о чем вы говорите, сэр, — с некоторым беспокойством проговорил Раскин.
Спаркс выразительно покачал головой, и Дойл замолчал, осторожно перешагивая через разложенное на полу серебро. Только сейчас он обратил внимание, что искусанные губы дворецкого воспалены и покрыты лихорадкой, а белки глаз покраснели. Приложив руку
