Спустя тысячелетие

нельзя идти в Город Руин, — предупредила Эльма, глядя на маленького Никитенка. — Там — дикари. Они вас убьют.
— Атомную войну хотели предотвратить, а на дубину напоролись, — с сарказмом произнес Никита Вязов, спуская мальчика на землю.
— Надо улетать! — решил математик Галлей.
— Улетать? — с негодованием обернулась к нему Надя. — Шкуру свою спасать? Как бы не спустили?
— Они непременно спустят, если вы попадетесь им в руки, — заверила Эльма. — Ведь вы для них «ненавистные предки», во всем виновные.
— Ты нас не пугай, внученька. Мы такого насмотрелись, что… Как бороться против атомного оружия, мы знаем, а вот против дубин противоядие еще искать надо.
— И найдем! — твердо заверила Надя.
— Жанна д’Арк, она знает, — усмехнулся Вязов.
Жена бросила на него быстрый взгляд.
— Жанна не Жанна, донкихоты не донкихоты, все мы пока слушать будем. Угостим друзей наших новых завтраком звездным, — предложил Бережной. — И проясним ситуацию.
Анд, знаток синей растительности, собрал нужные для костра сучья и с удивлением наблюдал, каким чудесным способом пришельцы подожгли его.
Все уселись у костра.
Со стороны озера раздался легкий всплеск.
— Это рыба, — сказала Эльма. — Мы хотели ее здесь ловить.
И обитатели Города Руин, изголодавшиеся за время бегства, отдали дань яствам, о которых лишь читали в Доме до неба. И уж никак не думали, что им придется их попробовать.
Бережной, да и все его соратники тепло наблюдали за своими гостями, или вернее, хозяевами.
— На Земле-матушке всегда принято было сперва накормить, а уж потом расспрашивать, — говорил командир, умиляясь аппетиту Анда.
И когда тот оторвался от самого вкусного, что когда-либо в жизни ел, Бережной наконец спросил:
— Так кто из вас, внучата наши, нам хотя бы основное расскажет?
Анд посмотрел на Эльму, та на него.
Тогда Анд вынул из кармана брюк тетрадь и переедал ее Бережному. У Эльмы даже глаза расширились от изумления.
— Я захватил ее из книгохранилища, не знаю зачем, — тихо сказал он.
Эльма кивнула.
Бережной взял тетрадь и внятно прочел:
— «ДНЕВНИК ДИКОГО ЧЕЛОВЕКА».
И, не раскрывая ее, внимательно посмотрел на Анда.
— Здесь если не все, то многое из того, что я мог бы рассказать.
Бережной откашлялся:
— Ну что ж. Зачитываю «обвинительное заключение», — с горькой улыбкой произнес он.
И стал читать.
Все жадно ловили каждое его слово, иногда переглядываясь.
Бережной кончил в полной тишине. Опять послышался плеск воды.
— Тяжкое обвинение, — заметил Крылов. — Убедительное.
— Вы наш главный философ, командир Крылов, — обратился к нему Галлей. — Объясните, как это могло случиться?
— Скажу кратко словами одного мыслителя: «Цивилизация — это непрестанное воспроизводство техники, знаний, ценностей культуры при непременном стремлении к высокой нравственности. При утрате любой из этих основ цивилизация обречена». Очевидно, так и произошло без нас на Земле.
— Мне, например, очевидно одно: не на ту планету мы попали, — заявил в ответ Галлей.
— Может быть, не ту планету мы искали, которой помогать надо. Со своей улетели, а она больше всего в помощи нуждалась, — со вздохом заключил Бережной. Обернувшись к Анду и обращаясь ко всем, добавил: — Но послушаем потомков наших дальних, диды их немыслимые.
— А мы с Андом вам все расскажем, — начала Эльма.
Эльма с Андом едва успевали отвечать на жадные вопросы живых своих пращуров.
— Что ж, — подвел наконец итог беседы Бережной. — Выходит, задача у нас прежняя. Добавилась лишь ответственность за наших современников, все здешние беды допустивших.
— Задача ясна. Решения не видно, — мрачно заметил Галлей.
— Не видно, если глаза закрыть! — вставила Надя, уложив мальчика себе на колени. — Спи, родной. Ночка скоро.
— А птички? — пролепетал Никитенок, засыпая. Надя стала напевать колыбельную.
Эльма настороженно вслушивалась в чарующий напев: она никогда не слышала таких песен.
— Придется искать контакт с обитателями ближнего города, — размышлял вслух Крылов.
— Надеетесь на теплую встречу? — усмехнулся Галлей.
— Мы хотели остаться здесь вдвоем с Андом, — сказала Эльма. — Теперь могли бы все вместе… — добавила она и, не договорив, схватила Анда за руку. — Смотри! — Ужас слышался в ее голосе.
Все посмотрели в сторону сельвы.
Из зарослей появлялись фигуры с дубинами. Впереди шествовал рослый мужчина с копной торчащих во все стороны волос на голове и всклокоченной бородой.
Еще издали он выкрикнул угрожающим голосом