Срочно нужен герцог

на балу «Олмака», она стала главным украшением светских раутов.
Получив отцовский титул маркиза Брукхевена, Колдер решил, что настала пора обзавестись женой. Это вызвало в свете единодушное одобрение, сочетавшееся с одновременным порицанием легкомысленного поведения Рейфа. Последний, по мнению высшего общества, «погряз в разврате».
Мисс Бонневиль слыла в свете неглупой особой с великолепным вкусом. И Колдер, с присущим ему проворством и рационализмом, посчитал эту девушку идеальным приобретением для продолжения рода и разрастания фамильного древа Брукхевенов. Спустя всего несколько недель после первого бала красавицы сделка на приобретение мисс Бонневиль была официально оформлена и оплачена, чем обе стороны были максимально удовлетворены…
Вот только мисс Бонневиль вежливо попросила отложить свадьбу до конца сезона, чтобы вдоволь насладиться своей первой поездкой в Лондон. Колдер, который всегда и во всем привык поступать по-своему, в этом случае решил проявить великодушие и уступил юной и прекрасной невесте. Пометив в календаре, что бракосочетание состоится в сентябре, он со спокойной душой снова с головой погрузился в работу. Колдер не сомневался, что за время его отсутствия эти тщательно продуманные планы ничто и никто не сможет нарушить.
Однако оказалось, что у Мелинды были другие интересы. Судя по всему, она была не в таком большом восторге от своей помолвки, как ее родители. Молниеносное замужество не входило в ее планы. Ей хотелось несколько сезонов подряд веселиться на балах в окружении бесчисленного множества поклонников и не торопясь выбрать себе самого лучшего среди всех. И что же она получает вместо этого? В свои восемнадцать лет Мелинда — без пяти минут замужняя женщина. Вольная, полная увеселений жизнь подошла к концу, едва успев начаться. Мелинда сожалела о своей помолвке и ощущала себя птичкой, попавшей в силки. Сожаление Мелинды по поводу своей участи все росло, затем оно быстро превратилось в негодование и переросло в протест. Когда Мелинда стала невестой Колдера, ее компаньонка потеряла бдительность и ослабила надзор. Это развязало девушке руки…
Сначала появились осторожные шепотки, но погруженный в свои дела Колдер им не внял. Затем поползли слухи, но Колдер снова ими пренебрег. Он узнал на собственном опыте вред от злых языков, когда многочисленные завистники шептались о том, что он не по годам рано получил наследство. Колдер знал, что досужие домыслы — удел праздного ума.
Потом слухи превратились в сплетню, которую повсеместно смаковали в свете, а сплетня переросла в оглушительный скандал. После этого, чтобы спасти положение, Колдеру не оставалось ничего другого, как жениться на девушке, которую он так неосмотрительно оставил без внимания на весь сезон. Если бы помолвка была разорвана по его инициативе, он бы запятнал и свое имя и навсегда погубил репутацию Мелинды. Ни то ни другое Колдер не мог допустить: не хватало еще, чтобы он испортил историю своего рода, вписав в нее главы, не делающие ему чести. Родители Мелинды, которые готовы были провалиться сквозь землю из-за позора, заверили жениха, что невеста «перебесится» и после заключения брака станет ему хорошей женой, и Колдеру нехотя пришлось им поверить. Он заключил брак с Мелиндой в надежде на лучшее.
Но, увы, надеждам не суждено было сбыться. За время своих любовных приключений Мелинда успела безумно увлечься одним мужчиной и совсем потеряла голову. Она и после свадьбы давала пищу для сплетен, которые просочились даже в газеты. Потом все немного поутихло. Рейф не знал почему: они с Колдером в это время отдалились друг от друга. Казалось, эта пара в конце концов обрела семейное счастье или по крайней мере его видимость. Однако спустя два года после свадьбы наступила трагическая развязка конфликта — продиктованный отчаянием финальный акт бунта Мелинды.
Это было представление, достойное театральных подмостков: муж-рогоносец, побег жены с любовником и трагический финал — экипаж, на котором скрываются беглецы, переворачивается, любовники гибнут в этой страшной аварии.
И снова бедный Колдер оказался в центре грандиозного скандала. Газеты не пощадили его — и без того убитого горем, — смакуя подробности и добавляя свои измышления, вытащили на свет сплетни, пищу для которых дал первый лондонский сезон Мелинды. Для такого гордого человека, как Колдер, это было унизительно: его публично жалели, а за глаза подвергали насмешкам.
Чтобы поддержать брата, Рейф вернулся домой, в Брук-Хаус. Колдер распахнул ему братские объятия. Ни один из них даже словом не обмолвился о трагедии. В беседах они оба предпочли обходить эту тему стороной.
Спокойное достоинство Колдера и