Срочно нужен герцог

с изображением прекрасных пейзажей. Большое окно, выходящее в сад, обрамляли светлые бархатные шторы. Помещение было обставлено изящной мебелью из черного дерева. На полу лежал роскошный персидский ковер в васильковых тонах.
Дейрдре захотелось войти и сесть за секретер, который, по всей видимости, предназначался хозяйке дома. Трудно представить себе место лучше, чем это, для того чтобы решать, какое из блюд подать сегодня к столу. Дейрдре как завороженная любовалась облицовкой камина, изготовленной из редкого розового мрамора. Ей так хотелось лечь на кушетку-шезлонг и предаваться на ней мечтам…
Но мечтам на этой кушетке будет предаваться Феба!
Тяжело вздохнув, Дейрдре вышла из комнаты и закрыла за собой дверь.

Гости съезжались на ужин в Брук-Хаус.
Феба была сегодня хороша, как никогда, и прекрасно это осознавала.
Голубое платье от Лементора отличалось элегантной и изысканной простотой и изяществом. Бархатная лента на поясе — более темного, чем платье, оттенка — подчеркивала тонкую талию и высокий бюст его обладательницы. По мнению Фебы, декольте было слишком глубоким. Однако всезнающая Софи уверила девушку, что в лондонском свете дамы, следящие за модой, носят платья с еще более рискованными вырезами.
— Поверь мне, тебе очень идет. Ты выглядишь потрясающе, — искренне восхищалась Софи. — Брукхевен будет сражен твоей красотой.
Увидев Фебу, Брукхевен в самом деле на мгновение словно потерял дар речи, но, как выяснилось впоследствии, вовсе не от восхищения. Он нахмурился, словно наряд Фебы совершено не отвечал его ожиданиям. Также маркиз был крайне удивлен и обескуражен подарком невесты. Хотя, как того требуют правила хорошего тона, он вежливо поблагодарил Фебу и прикрепил булавку к своему галстуку.
Когда в назначенное время она вошла об руку с Брукхевеном, Марбрук уже был там и стоял в другом конце комнаты. Феба не могла оторвать от него взгляд. Их взгляды встретились только на одно мгновение. После этого Марбрук сразу же отвел глаза. Феба мысленно повторяла себе, что он ей безразличен и что один-единственный вечер, проведенный с ним наедине в саду, ровным счетом ничего не значит.
Ее положение и без того непростое. Не стоит еще больше все усложнять. Не стоит вспоминать тот вечер.
«И почему я тогда не поцеловала Марбрука как следует?»
Феба снова и снова ловила себя на том, что то и дело бросает взгляды в сторону Марбрука. Он по-прежнему сидел, не поднимая глаз, и смотрел куда-то в сторону. Делал вид, что они с Фебой не знакомы. Ну что ж. Раз Марбрук играет в эту игру, Феба последует его примеру. Она переключила внимание на других гостей, твердо решив сделать все, чтобы ее жених и ее отец оба гордились ею — будущей маркизой Брукхевен. Феба ощущала бремя ответственности, которое ложилось на ее плечи вместе с новым общественным статусом. Поэтому, стараясь всем угодить, она без устали дарила присутствующим вежливые улыбки и старалась не показывать виду, что на душе у нее кошки скребут. Она мило беседовала с гостями. Одним словом, делала все, чему учила ее тетя Тесс, — старалась быть ходячим совершенством во всех отношениях.
Вскоре Фебу стало тошнить от самой себя.
Но по крайней мере так она могла хотя бы на время отвлечься и не думать о лорде Рейфе Марбруке, который так и не посмотрел на нее за целый вечер ни разу. Весь вечер Рейф сидел мрачнее тучи, погруженный в свои мысли, и ни с кем и словечком не обмолвился. Брукхевен время от времени бросал на брата недоуменные взгляды, но не задавал ему лишних вопросов.
Колдер же, напротив, был в ударе, проявляя совершенно не свойственные ему в обычной жизни оживление и словоохотливость. Хотя он по-прежнему редко улыбался, но выглядел совершенно довольным и расслабленным.
Феба тайком переводила взгляд с одного брата на другого — с того, кому обещала отдать свою руку, на того, кто за короткое время ухитрился похитить ее сердце. С одного, с кем собиралась прожить всю жизнь, на другого, о ком могла теперь разве что вздыхать украдкой да грезить по ночам. Оба брата были исключительно привлекательны, имели знатное происхождение, и каждый из них был исключительной личностью, что ставило на повестку дня вопрос о том, что они оба могли найти в такой простушке.
«Вместо того чтобы мучиться до бесконечности, гадая, почему Марбрук не сделал предложение, прежде всего тебе следовало бы удивляться, почему он вообще с тобой заговорил».
Что верно, то верно. Это неслыханная удача, что Феба привлекла внимание самого маркиза Брукхевена. Ей несказанно повезло. Она самая счастливая девушка в Лондоне.
Так почему же тогда ее бедное сердечко разрывается на части?