Срочно нужен герцог

без мужчин, — вздохнув, сказала Дейрдре. — Даже не знаю, ужасаться этому или завидовать.
Феба сделала гримасу:
— Думаю, и то и другое. — Какой бы была ее собственная жизнь, если бы каждый шаг не сопровождался постоянным неодобрением вечно недовольного отца?
Но слава Богу, эти времена остались позади. Теперь ее отец называет ее не иначе, как «моя дорогая». Эта мысль воодушевила Фебу.
— А теперь — задело. Поднимайся, Дейрдре. А ты, Софи, отложи свою книгу.
Вскоре Дейрдре степенно расхаживала по комнате, показывая Софи грациозную походку настоящей леди, а Софи выражала недоумение, зачем для этого учиться носить книгу на голове.
— Это же просто смешно. — Феба встала подбоченившись.
— Это единственная наука, которую я усвоила благодаря своей гувернантке. Если ты научишься носить книгу на голове, ты забудешь о том, что значит чувствовать себя неуклюжей в присутствии мужчины. Попробуй сама.
Дейрдре шагала взад и вперед по комнате. Она была сама грация. Она — садилась, вставала, делала реверансы и даже танцевала. А книга в это время лежала у нее на голове как приклеенная. На Фебу это произвело такое впечатление, что она готова была аплодировать. Дейрдре осторожно сняла книгу с головы и театрально раскланялась.
— По крайней мере Тесс научила меня красиво ходить. — Однако все это только усилило сомнения Софи.
— Нет, я так не смогу… Как только я подумаю о том, что мне придется разговаривать… О Господи, надеюсь, вы не имеете в виду, что мне еще придется танцевать? — В порыве эмоций Софи так сильно всплеснула руками, что задела хрустальную вазу, и она разбилась.
Софи ахнула и в ужасе прикрыла рот рукой. Феба изумленно посмотрела на кузину. Дейрдре, уперев руки в бока, спросила:
— Скажи честно, Софи, как ты вообще собираешься выйти замуж, если от одной только мысли об этом тут же начинаешь бить ценные вещи?
Софи покраснела. Она молчала и смотрела на осколки вазы, рассыпанные на ковре. В этот момент дверь резко открылась и в гостиную влетела тетя Тесс.
— О Боже! Ради Бога, объясните мне, что случилось с дорогим хрусталем?
Феба безотчетно подумала, что Тесс произнесла эту фразу точно таким же тоном, каким только что говорила Дейрдре. Дейрдре первая пришла в себя и вышла вперед.
— Ах, извините меня, леди Тесс, я демонстрировала Софи походку настоящей леди и показала, как вы учили меня ходить, держа какой-нибудь предмет на голове.
Тесс округлила глаза.
— Да? В следующий раз кладите на голову что-то не такое дорогое, как хрусталь, — например, книгу! Тем более что Софи это уже не поможет. Если не научишься таким вещам в школьные годы, это никогда не будет выглядеть естественно.
Тесс небрежно показала на кучу осколков:
— Дейрдре, вели слугам это сейчас же убрать.
Затем тетя перестала хмуриться. На лице, у нее появилась довольная улыбка.
— Благодаря высокому положению, которое занимает Брукхевен, — объявила она, — в списке гостей, приглашенных на свадебную церемонию, одни сливки общества. Торжество обещает быть грандиозным, а значит, и подготовиться к нему я должна как следует. Рутиной, разумеется, займутся слуги. Феба, ты будешь мне помогать. Дейрдре, тебе надо заняться своим гардеробом. Более подходящей возможности познакомиться с самыми блестящими женихами Лондона у тебя не будет. Софи… — Тесс сделала недовольную гримасу. — Ну сделай хоть что-нибудь со своими волосами! И постарайся никому не наступать на ноги во время церемонии.
Софи смотрела на стол, заваленный записями.
— Гм… Да, тетя.
— Феба, пойдем со мной. У нас с тобой много дел.

К сожалению, подготовку к свадьбе пришлось на время отложить. В гостиной Брук-Хауса в этот день было полным-полно посетителей. Благодаря своей помолвке Феба попала в совершенно новый — более высокий — социальный круг, и создавалось впечатление, что все вокруг загорелись желанием познакомиться с ней поближе.
Перед Фебой прошли все, кому она с кузинами была представлена за ту неделю, что успела провести в Лондоне. Или все те, кому хотелось верить в это.
Софи все это далось очень тяжело. Церемония приема гостей казалась ей настоящим адом. Ведь со всеми этими людьми они были едва знакомы. Феба держалась молодцом до тех пор, пока не сделала для себя одно неприятное открытие. Она вдруг с раздражением начала замечать, что у большинства молодых девушек, которых привели к ней в гости родители, были какие-то странные прически — неуклюжие, сбивающиеся