Срочно нужен герцог

нужно сделать это еще раз? Ну, чтобы узнать это наверняка.
Феба еще крепче обняла его.
— Так хорошо? — спросил он.
— Хорошо, — выдохнула она.
На этот раз их страсть была более неистовой и безудержной, более дикой и неприрученной. Сделав над собой усилие, Феба на мгновение отвлеклась от своих ощущений, чтобы увидеть потемневшие от страсти глаза Рейфа. Его желание еще сильнее разожгло в ней страсть.
Наконец, со стоном, похожим на звериный рык, Рейф на мгновении замер в ее объятиях, затем еще раз с силой вошел в нее, и Феба закричала, ощутив всю силу его наслаждения.
Он лежал, уткнувшись лицом в ее влажную от пота шею, тяжело и хрипло дыша, а его плоть, которая все еще находилась в ней, одно долгое мгновение продолжала содрогаться.
— Черт возьми! — выдохнула Феба. — Что это было? — Рейф устало рассмеялся и, не поднимая головы, ответил:
— Сам не пойму. Кажется, я в первый раз в жизни по-настоящему занимался любовью.
Феба обвила его шею руками.
— Вот видите? Мыс вами просто созданы друг для друга, как… как хлеб и масло.
Рейф бережно поправил влажную прядку волос, которая упала ей на глаза.
— И как жареная рыба и картофельное пюре?
— Нуда, точно, — с чувством удовлетворения ответила она. — И как тосты с джемом. Хотя больше всего мне хотелось бы сказать «как принц с принцессой» из сказки, которую читала Софи, — глядя в потолок, добавила она.
Феба рассказала Рейфу о прекрасной принцессе, которую заколдовала злая волшебница, и бедная девушка спала сто лет.
Рейф внимательно слушал, накручивая на палец прядь ее волос.
— Как такое возможно? Это какая-то бессмыслица.
— А вот так: она живая, но и в то же время как будто и не живая вовсе… или как будто она спит. Словно ее подвергали нападкам, и ей пришлось уступить и спрятать свою сокровенную сущность в глубоких тайниках своей души… как будто бы усыпить свою душу. И такой прекрасная принцесса оставалась долго… очень долго.
Рейф нежно поцеловал Фебу в висок.
— Какая грустная сказка! Что же случилось потом?
— Не знаю… Но надеюсь, что принцесса скоро проснется. — Феба зевнула. — Я ужасно устала. Не могу больше…
— Ш-ш… — Рейф накрыл Фебу одеялом. — Спите. У вас был тяжелый день. Чего вам только не пришлось испытать сегодня — даже нападение разбойников с большой дороги.
Когда Феба прижалась к Рейфу, ему показалось, что она всю жизнь спала с ним в одной постели.
— Помню только одного очаровательного разбойника, — сладко зевнув, с улыбкой пробормотала Феба. — Он сейчас рядом со мной.

Рейф посмотрел в окно. Оно выходило в гостиничный двор, освещенный утренним солнцем. Феба спала рядом, утомившись после бурной ночи любви. Ее сильная усталость объяснялась также огромным напряжением последней недели.
Рейф проснулся несколько часов назад и так и не смог заснуть. Мысли роились у него в голове, противоречивые чувства обуревали его. Прежде всего он испытывал вину. Затем — раскаяние. А еще — радость. Одна из ран у него в сердце затянулась. Зато вместо прежней открылась другая. Мысли о том, что их с Фебой ждет в будущем, не давали покоя.
Сейчас, когда пыл страсти несколько остыл, настало время осознать, какие последствия вызовут его действия. Пора трезво взглянуть правде в глаза и опуститься с небес на землю.
Рейф отвернулся от окна и прошел к деревенскому умывальнику.
Раньше ему казалось, что, как только он завоюет Фебу, все закончится. Однако теперь он понял, как заблуждался.
Все только начиналось.
Рейф закрыл глаза. Господи, он сам себе противен. Он и представить себе не мог раньше, что может опуститься так низко. Он перешел всякие границы. А ведь, несмотря ни на что, где-то в глубине души Рейф считал себя человеком порядочным. Или по крайней мере верил в то, что в один прекрасный день он станет порядочным человеком.
Рейф посмотрел на свое отражение в старом, от времени испещренном пятнышками зеркале. В зеркале он видел себя — никчемного человека, который предал собственного брата.
Размышляя об этом, Рейф стал медленно одеваться, стараясь не смотреть на постель, в которой лежала Феба — его женщина, словно боялся, что она догадается о его переживаниях и будет винить во всем себя…
У него есть только одна возможность вернуть себе самоуважение — пойти к брату, поговорить с ним по душам и чистосердечно во всем признаться. Но Рейф не хотел этого делать. Вместо того чтобы поступить по чести, он похитил Фебу, увез ее, как вор, спрятал