Когда запах гари от последнего сожженного моста старого прошлого, разъел ноздри, когда в глазах не осталось слез горечи, — нужно не оглядываясь идти вперед. Улыбнуться трудностям и смело шагнуть в туман будущего. Навстречу новым приключениям, навстречу судьбе. И не важно кем ты был, — важно кем ты хочешь стать! История о трех юнцах начавших «новую» жизнь с полного нуля, — «пушечного мяса» в марсианских корпоративных войнах. И только настоящая дружба сплотила тройку в невиданный экипаж сумевший спасти жизнь и обрести свободу людям планеты, существование которой приобрело статус: «нe рентабельно».
Авторы: Мороз Игорь
за счет увеличения длины кода, пренебрежительно повертел депешей у виска. Ныряя в служебный канал, приложил моментально приклеившийся свиток к поясу.
Как положено пройдя, все служебные каналы, Череп выскользнул из «десятых врат», но вместо пространства инфузла, едва успел уклониться от столкновения с черной паутиной. Резко остановившись, загорелся огненным элементалем, чтобы увидеть куда же он все-таки угодил.
Колышущиеся волокна паутины, словно живые пульсировали комками разбегающегося ритма. Оценивая «творение», Череп насторожено рассматривал вросшие в узорчатые обода арки уродливые наросты, раздувающие огромный мешок из паутины в котором он и оказался. А внизу мешка, словно поджидая неосторожную добычу пульсировала воронка, словно в нетерпении причмокивая зубастыми губами.
Спустившись ниже, решил рассмотреть зубастое творение поближе. При близком рассмотрении, заметил, что дно воронки кипело угольным месивом, лениво переваливалось бугрящимися разводами, меланхолично кипело. Пытаясь понять в чем же смысл и как эта штуковина работает, Череп вытянул палец-клинок. Лучший метод познания — метод тыка.
Зависнув над озерком жижи, насторожено погрузил раскаленный клинок, на всякий случай выставив вторую руку пятерней пылающих языков пламени.
— Что-то вы намудрили, — задумчиво сказал Черепа, рассматривая кончик клинка с тянущуюся соплей жижи, — на охранку не похоже. На активный экран тоже не смахивает. Ну и фиг с вами. Тоже нашли под опытного кролика.
Взлетая подальше от непонятной воронки, Череп брезгливо поморщился представляя как нырять в эту жижу. Передумав купаться, вскинул пятерню огненных клинков и наотмашь рубанул по паутине. Мясистые волокна, мягко прогнувшись приняли в себя огненные клинки, но рассыпаться в прах и не подумали. Вместо этого, туго зашипели исходя шипящим соком. Окрашивая место пореза в кляксу кислотно зеленного цвета, волокна задергалась в конвульсиях. Волны сбивающего основной ритм трепетания, утонув в воронке, вызвали не шуточное оживление.
Воронка забурлила кипучей жизнью, зашлась в утробном урчании и один за одним начала выбрасывать вверх коконы с истекающей жижей. Выплюнутые коконы зависая на несколько секунд, отзывались пронзительным писком и наполнялись внутренним движением. С чавкающим звуком лопаясь, исторгали пульсирующий клубок скользких сплетений. С нарастающим шелестом расправляемых крыльев, пространство ловушки наполнялось гулом все новых и новых вылупившихся крылатых тварей.
От неожиданности и охватившей брезгливости, Череп быстро освободил клинки. С разведенными к удару в любую плоскость руками, застыл лицом к вылупляющейся напасти. Не останавливая движения, уклонился в право, по движению, разрубая пролетевшую мимо тварь. Провожая взглядом скатившиеся к озеру остатки, не то крылатого паука, не то брюхатой осы, с непониманием следил за начавшими движения тварями.
Вместо того, что бы кинуться на него твари устремились к арке. Цепляясь кончиком брюха, к верхней кромке свисали на удлинявшихся склизких нитях. Встретившись с нижним краем, выдавливали пятно смолы и обратную дорогу проделывали на крыльях.
Только сообразив, что его лишают выхода, Череп кинулся к арке, но упущенный момент дал тварям возможность скрыть багровое сияние арки «десятых врат», мутной пеленой к которой даже подходить стало противно, а говорить, что бы коснуться не могло быть и речи. Ругнувшись от избытка отвращения, Череп завис в ожидании продолжения.
— Извращенцы, — глядя как запечатав арку толстой пробкой слизи, твари начали вгрызаться в свое творение, при этом издавая ползающее чавканье, Череп передернулся от отвращения, — ну надо же до такой гадости додуматься…
Разгораясь пламенем, Череп компенсировал пропавшее сияние арки выхода. Морщась от начавшего щекотать обоняние, приторно сладкого запаха разлагающейся плоти, Череп пожалел, что осветил сцену перерождения.
Как оказалось это были только личинки, размером с добротную овцу, те увлеченно пожирали остатки крылатых родителей. По ходу толстея до начавших отвердевать хитином шаров, личинки обездвижено колыхались под слоем тонкой слизи.
Убеждая проснувшееся омерзение, что это неправда, что это просто картинка, Череп начал нервничать., что там в шарах? Почему стало так тихо? Успокаивая проснувшийся страх неизвестного, разумными доводами, на всякий случай разгорелся до белого пламени. И как нельзя вовремя.
Лопнувший с костяным треском шар, уронил тварь, моментально унюхавшую нарушителя покоя паутины. Едва став на когтистые лапы, бронированная рогатыми наростами голова, издала рев голода. Увесисто
