Когда запах гари от последнего сожженного моста старого прошлого, разъел ноздри, когда в глазах не осталось слез горечи, — нужно не оглядываясь идти вперед. Улыбнуться трудностям и смело шагнуть в туман будущего. Навстречу новым приключениям, навстречу судьбе. И не важно кем ты был, — важно кем ты хочешь стать! История о трех юнцах начавших «новую» жизнь с полного нуля, — «пушечного мяса» в марсианских корпоративных войнах. И только настоящая дружба сплотила тройку в невиданный экипаж сумевший спасти жизнь и обрести свободу людям планеты, существование которой приобрело статус: «нe рентабельно».
Авторы: Мороз Игорь
«казенное»? — спросил Дыба, оглядывая соседние кабачки, резко отличавшиеся постоянно открывающимися и закрывающимися створками, в которые входили и выходили люди.
— Да хозяин бывший наемник. Контракт вышел, но, что-то там со сроком освобождения, — перемигиваясь с мимо проходившими девицами, ответил Косяк. — В общем, решил здесь остаться, вот и открыл кабачок для нас.
— Для нас?
— Да… именно для тебя. Все бросил и сказал… — забыв о девицах, Косяк начал ерничать, — вот исключительно для классного парня Дыбы открою я кабачок. Будем дарить друг другу гири, а нажравшись — разучивать бравые марши и цитировать устав…
— Ща в репу дам! — предупредил Дыба.
Косяк наигранно обиделся:
— Ага, чуть, что — так сразу в репу, а как про жисть спросить, так Косяк!.. Уйду я от вас, в публичный дом, буду там нравственность преподавать!
— Да ладно заливать-то — нравственность! Я удивляюсь, как с таким количеством спирта в организме к тебе еще пристает всякая венерическая зараза, — улыбающийся добрым оскалом Дыба представал зрелищем не для слабонервных. — Я же ласково пока спрашиваю.
— Ласково!? Ну это же меняет дело, ласку я люблю, — делано испугавшись, Косяк подобострастно начал отвечать. — Ну так, о чем я… а… О великий и Ужасный Дыба, это давняя история началась еще… когда люди толпой мамонтов валили.
Прервала увлекательный рассказ разошедшегося Косяка входная дверь, с тихим шелестом втянувшаяся в стену. Рассмеявшийся Дыба дотянулся до Косяка, притянув того под мышку, сказал:
— Вот, что мне нравиться в людях, так это мелкий подхалимаж!
— Какой подхалимаж!?!? — делано возмущаясь, Косяк пытался вырваться. — Кристальная правда, о Великий и Уж… точно великий… я даже бы сказал здоровый… собака, попался. Вот только освобожусь и тебя завалю, как того мамонта. Чем больше танк, тем проще в него попадать… Череп, давай сюда ракетный комплекс, я поймал… отличную мишень!
— Скорее, она тебя за уши держит… — Череп натужился, пытаясь пропихнуть друзей в раскрытые двери. — Ладно, пошли, а то столько штрафных я не выпью.
Помещение производило впечатление. Кабачок частично освещался за счет стеллажей заставленных разнообразными по форме и содержанию бутылками. На стенах подсвечивались голограммы, изображавшие людей и технику из славного боевого прошлого хозяина заведения. В глубине от прохода находился помост, по периметру которого плясали лучи света. Упираясь косматыми лучами в мозаичный потолок, разбегались по залу блики радуги, успевая выхватывать медленно танцующих девушек в диковинных расцветках случайного совпадения цветных зайчиков.
Расположенные вокруг сцены столики были наполовину заполнены посетителями, тем или иным способом связанными с Наемным Батальоном.
Необычной для такого рода заведений была стойка бармена, формой напоминающая лобовую часть танковой башни, за которой и расселись человек двадцать курсантов. При виде новоприбывших раздался дружный рев приветствия, как видно компания уже успела «расслабиться» не с одной бутылкой.
Героям освободили почетные места в центре и выставили «штрафные». После такого радушного приема, да еще и по замечательному поводу, веселье разгорелось с новой силой. Начиналось все благородно и чинно — с тостами и пожеланиями. Но неумолим не гласный закон Архимеда — «количество выпитого равно количеству произносимых глупостей»… Речи становились все более лаконичными, а желания перестали ограничиваться тарой. Чаще глаза останавливались на изгибающихся в танце фигурах девушек. Все настойчивее становилось желание коллективного признания танцовщицам в платонической любви и не только, но местные охранники грозным видом и хмурыми взглядами дали понять, что тут никакой любви нет. По крайней мере в стенах этого кабачка ее точно не будет.
Разочарованные курсанты, погруженные в жаркие споры, выпили двухдневный запас пива, после чего пришли к коллективному выводу — если любви нет, то место для подвигов в жизни всегда найдется. Какая же добрая вечеринка да без потасовки. Приглядываясь к посетителям, в поисках «условного противника», они рыскали мутными взглядами, тщательно высматривая любые проявления неуважения или насмешки.
Неожиданно вспомнившие о неотложных делах в противоположном конце города, «бывалые» посетители спешно покидали нагретые места. У связавшихся с выпившими «псятами», как ни крути, было всего два выхода: или лезть в драку с кем-нибудь из «стаи», а после упиваться уже за счет курсантов, или веселить компанию отвечая на вопросы «…об
