Когда запах гари от последнего сожженного моста старого прошлого, разъел ноздри, когда в глазах не осталось слез горечи, — нужно не оглядываясь идти вперед. Улыбнуться трудностям и смело шагнуть в туман будущего. Навстречу новым приключениям, навстречу судьбе. И не важно кем ты был, — важно кем ты хочешь стать! История о трех юнцах начавших «новую» жизнь с полного нуля, — «пушечного мяса» в марсианских корпоративных войнах. И только настоящая дружба сплотила тройку в невиданный экипаж сумевший спасти жизнь и обрести свободу людям планеты, существование которой приобрело статус: «нe рентабельно».
Авторы: Мороз Игорь
три, — проговорил Череп. Одновременно лихорадочно просчитывая вероятности исхода боя. И результаты получались расплывчатыми. Он-то рассчитывал, что «термиты» будут идти сплошной группой, презрев все опасности, но сейчас твари не имели основной группы, все были распределены в патрулировании. Тогда идея с внезапным кинжальным огнем, обязанным нанести максимальный урон и как минимум ополовинить численность термитов, — летит ко всем чертям.
— Внимание по экипажам, — произнес Череп в эфир, вдруг вспыхнувшая догадка, ослепила своей простотой, придется рисковать, — Отмена схемы один, отмена схемы один. Работаем по схеме три!
— Я так и думал, — зло ощерился Косяк, разминая затекшую шею до характерного хруста, встряхнул руками, и вставив перчатки в сферы управления дождался щелчка фиксации, — учил папа не доверяться яйцеголовым… ты уверен?
— Уверен, — ответил Череп, пряча мандраж в стальных интонациях, — столкновения не избежать по любому. А так есть шанс закончить все одним заходом.
— Или одним братским барханом, — хмыкнул Дыба, но сам себя одернул и бодрым голосом доложил, — механика готова. Последовательность маневров заложена в навигатор.
— Тогда ждем…
На вершине бархана блеснула одна искорка, затем показалась вторая и вскоре проступили контуры застывшей пятерки термитов. Зеркальные силуэты неподвижно застыли. Ожили интенсивным танцем извивающихся антенн. Хищно поведя безглазыми головами из стороны в сторону, словно оценили размер долины, медленно двинулись в низ. Проваливаясь по щиколотки в песок, поравнялась с первым скальным выступом. Вдруг одна из тварей размазалась в стремительном прыжке, и обдирая крошки камня с животной сноровкой взобралась на вершину шпиля. Поднявшись на задние лапы, крепко обвив шпиль хвостом, задрала голову в беззвучном вое, при этом широко размахивая передними конечностями била себя об грудь, словно в барабан.
— Что она делает!? — Не удержался Косяк, пораженно наблюдая за представлением, — если был бы человек, сказал, что дурачится…
— Странно, — согласился Череп, рассматривая как за первым термитом, еще трое словно обезьяны взобрались на шпили, — действительно.
Под действие веса, обветшавшая порода шпилей начала рушиться с тихим потрескиванием, и не желая остаться погребенным «термит» прыгнул. Взмывая ослепительным росчерком, опустился на новый шпиль по соседству. Идея такого перемещения пришлась по вкусу и остальным тварям. Словно забавляясь, четверка «термитов» перемещаясь зигзагами добралась до середины лощины. Но последний термит не спешил. Настороженно перебирая лапами, спустился с вершины бархана и словно кошка стал красться среди скальных выступов, то и дело шумно осыпавшихся щебнем. Резко поворачивая голову на каждый обвал, недовольно хлестал хвостом из стороны в сторону.
Проходя в считанных метрах от «Милашки», термит вдруг остановился. Настороженно замер словно прислушиваясь, вытянул голову в сторону последнего оползня, что шурша щебнем завалил дугу одной из крайней тройки машин. На уродливо вытянутой голове усилено извивались удлинившиеся щупальца гибких антенн.
Прозвучал громкий треск на конце долины, где шпиль сразу же рассыпался в гору щебня, напоследок, еще приложив крупным валуном неудачливого «термита» выбравшего конечной целью прыжка ветхий скальной выступ. Резко обернувшись на грохот, пеший термит недовольно щелкнул хвостом, и двинулся вслед сородичам.
— Твою мать…, — шумно выдохнул Косяк, когда последний «термит» превратился в зеркальную точку погасшую за дальним барханом, — я аж забыл как дышать. Схема три, схема три… Череп давай больше без таких идей, я как смотрел на это чудище едва сдерживался, что бы не всадить ему прям в лобешник дуплетом!
— Все позади Косяк самое важно впереди, — отозвался Череп, едва сам управляясь с сердцем готовым выпрыгнуть из груди. Одно дело наблюдать чучело «термита», а лаборатории, а другое вживую, представляя каково было его людям, выдал в эфир, — Все молодцы. Ждем цель. Огонь по команде. Третьи расчеты страхуют вершины построения. Приготовились.
Справа и слева еще показывались пятерки «термитов», но как понял Череп, маршруты патрулирования слегка перекрывались краями, в целом не повторялись. Но самое важное крылось в середине, в начале окружностей патрулирования, ради которой он и пошел на «схему три», подразумевающих долгую засаду с целью поразить важную цель и, пользуясь неразберихой, прорваться на просторы где они легко смогут оторваться от медлительных «термитов».
На вершине бархана показался одинокий «термит». Но в отличии от сородичей, не слепил зеркальным блеском брони,
