Когда запах гари от последнего сожженного моста старого прошлого, разъел ноздри, когда в глазах не осталось слез горечи, — нужно не оглядываясь идти вперед. Улыбнуться трудностям и смело шагнуть в туман будущего. Навстречу новым приключениям, навстречу судьбе. И не важно кем ты был, — важно кем ты хочешь стать! История о трех юнцах начавших «новую» жизнь с полного нуля, — «пушечного мяса» в марсианских корпоративных войнах. И только настоящая дружба сплотила тройку в невиданный экипаж сумевший спасти жизнь и обрести свободу людям планеты, существование которой приобрело статус: «нe рентабельно».
Авторы: Мороз Игорь
шепотом подбивавшего на малодушные поступки, разгорался огонь чистой ярости. И это пламя сжигало все страхи без остатка, наполняло сознание звоном чистой песни вливающей потоки невиданной силы и вдохновляло ощущением безмерной мощи способной смести все на своем пути.
— Ну тогда переведите на меня нижние турели, — в тон командиру отозвался инженер, — пропадать так с музыкой.
— Клюв, я говорил же, что мы сделаем из Вороны человека!..
Выжимая из груженного кара все остатки мощности, Надим несся почти полутьме. Подпрыгивая на бесчисленных рытвинах, щебне и обломках стены, предназначенный для внутренних перемещений, кар трясся и трещал по швам, но упорно продолжал путь к башне орудия. Едва различая дорогу под буйством ослепительных вспышек ночного боя, он едва успел увернуться от массивного обломка стены. Вывернув на относительно свободный участок, вновь разогнал автокар, стремясь поскорее добраться до башни орудия, чадившей многочисленными шлейфами черного дыма.
Остановившись перед грудой пустых ящиков, и мощной треногой в два человеческих роста, содрогавшейся в непрерывном кашле зелеными сгустками ослепительных выстрелов, Надим едва не пинками растолкал помощников. Вцепившиеся в поручни, две фигуры в балахонах службы обеспечения жались к бортам грузовой платформы, боялись даже поднять мутные стекла запотевших гермошлемов.
— А ну подняли зады шакальи дети, — грозно прорычал Надим, по селекторной связи, — если через три минуты не выгрузите сменные генераторы, лично сброшу со стены! Пусть порождения иблиса подавятся вашими останками!
Дождавшись, когда помощники начнут отстегивать крепление массивных коробок с ярко оранжевыми предостерегающими надписями, нарычал еще несколько раз. Хотя сам прекрасно понимал парней только второй раз высунувшихся на стену. Он-то уже сбился со счета, постоянно мотаясь между «мансурами» и складами. И все эти вспышки, непрерывный рев пушек, и фонтаны каменного щебня, с треском взметавшегося под попаданием огненного росчерка уже не пугали его до икоты. После встречи с самим иблисом вживую, и когда он видел отражение собственного испуганного лица на зеркальной поверхности морды, и лично слышал пронзительный свист твари извивающееся на конце силового кабеля, искрящего коронными разрядами паутины из бесчисленных молний, — и всплывшие из далекого детства суры запрыгали перед глазами огненными строчками.
Он единственный из трех десятков людей выжил на складском уровне, и мало, что выжил, он лично прикончил тварь обрубком магистрального кабеля. Больше действуя от страха чем по уму, он воспользовался счастливой случайностью и теперь уверовал в собственную избранность, бесстрашно выполняя самые опасные задания, всегда шептал слова особо ярких аятов. И как ни странно ему везло. Уже «сменилась» не одна полная смена обслуживающего персонала, снабжающих «мансуров» свежими генераторами, и выгружающая на верхний ярус стены бесчисленные ряды ракетных пилонов. Много техников гибло от разрывов. Бетонный щебень разлетался шрапнелью, разрывая легкие скафандры технарей в клочья. Но смена Надима всегда возвращалась целой, без единой царапины. И начальство это заметило. И давало ему в смену помощников на обкатку, и как только помощники уже залихватски справлялись со своими обязанностями, переводили тех старшими в самостоятельные смены, а ему вручали дрожащих новичков.
— О, Надим, ты вовремя!
— Эфенди, для вас всегда буду вовремя, — уважительно отозвался Надим, высматривая среди массивных фигур «мансуров» офицерскую полоску, — новые генераторы и шесть пилонов уже разгружаются!
— Хорошо, но мало, — проворчал офицер подходя к старшему технику. Мимо него уже промчалась тройка «мансуров» на помощь техникам и разгрузка пошла значительно быстрее, — запас ракет утекает как вода сквозь пальцы, только орудия и спасают. Если бы не эти дары союзников, то даже не знаю чем бы сдерживали термитов.
— Хвала Аллаху, пусть пошлет благодать на умную голову воплотившую его волю, — привычно отозвался Надим, на привычные речи. На какой участок бы стены он не ездил везде «мансуры» выражали восхищение треногами. Мощные, относительно компактные орудия, отличались простотой управления и были единственной силой удерживающих тварей на подступах к стене заставы.
Ослепительная вспышка и пронзительный треск расколол пространство совсем рядом. Пробив звукоизоляцию скафандра, грохот ударил по перепонкам молотом и увел землю из под ног. Оглушено подымаясь вместе с гороподобной фигурой «мансура»
