Когда запах гари от последнего сожженного моста старого прошлого, разъел ноздри, когда в глазах не осталось слез горечи, — нужно не оглядываясь идти вперед. Улыбнуться трудностям и смело шагнуть в туман будущего. Навстречу новым приключениям, навстречу судьбе. И не важно кем ты был, — важно кем ты хочешь стать! История о трех юнцах начавших «новую» жизнь с полного нуля, — «пушечного мяса» в марсианских корпоративных войнах. И только настоящая дружба сплотила тройку в невиданный экипаж сумевший спасти жизнь и обрести свободу людям планеты, существование которой приобрело статус: «нe рентабельно».
Авторы: Мороз Игорь
сделать перегруппировку, заменить орудия и просто выдохнуть напряжение изматывающей трехчасовой битвы, пока новая волна не достигнет изрядно потрепанные высоты баррикад.
— Серьезные хлопушки, — раздался рядом знакомый голос одновременно с шумом.
Бросив короткий взгляд на поднявшегося на «высоту» генерала, Удав только удивленно кивнул, и собрался освободить место, но получив отрицающий жест, вновь впился в проекцию напряженным взглядом. На пятачке командной высоты стало тесно от столичных чинов свиты, что тихо переговариваясь рассаживалась кто где.
— Не смог усидеть в своем курятнике, — коротко оправдался на немой вопрос генерал.
Оставшись стоять, командующий Русского Наемного Батальона, облаченный в запыленный скафандр без гермошлема, погрузился в изучение проекции. И спустя мгновение, коротко бросил через плечо:
— Докладывай.
Бросив взгляд на волевое лицо генерала жадно впитывающего информацию с проекции, освещавшей седину вспышками горящего в кратере сражения, поднялся и заговорил сухими строчками доклада:
— Переброшенная скрытно группировка объеденных войск, в 9.00…
— Удав не ломай дурочку, — не оборачиваясь, напряженно отозвался генерал, — этой херни я и в ставке наслушался., что сейчас творится?
Старый знакомый оставался таким же. Как только умудрился не стухнуть в административном болоте. Усмехнувшись воспоминаниям, Удав ответил коротко, без устава:
— Четвертый час. Продвинулись на 67 километров. Идем в пределах нормы, но тяжело.
— Потери?
Тяжело вздохнув Удав помассировал виски. Вопросы о потерях вызывали такую горечь в груди, что уже не молодой организм начинал сдавать, отдаваясь в левой стороне груди испепеляющим жаром. Раскрыв верхнюю липучку комбеза, Удав автоматическим движением помял область сердца.
— Потери огромные. Даже после перевооружения «Рысей» как класса легких машин почти не осталось. Вепрей половина, держатся «Медведи» на их массу очень хорошо встали дополнительные «Шквалы» и меньше всего потерь среди «Милашек». «Саранча» истекает кровью, но держится. Если бы не китайцы, смяли бы баррикады как фантики. У союзников дела схожи, осы здорово справляются, но блин горят как спички…
От души матюгнувшись, генерал не отрывая тяжелого взгляда, тихо спросил:
— Уверен, что все получится?
— Володь не трави душу, — тяжело откинулся на спинку кресла, Удав в сердцах наградил таким ответным взглядом, что генерал отвел глаза на проекцию, — сам прекрасно знаешь оперативную обстановку и сам утверждал план операции. Другого выхода просто не было, и нет сейчас. Кроме как идти вперед, вгрызаться в песок зубами и драться за каждый метр!
— Не горячись…, — примеряющее поднял руки генерал, — понимаю, просто еще раз хотел от тебя услышать, что все не напрасно.
— Ничего не напрасно! — начиная закипать, полковник уже перешел на повышенный тон, и в их сторону стала оглядываться многочисленная свита, — у деток бы начались каникулы и нас бы смешали с песком! По отдельности ни у кого нет шансов выстоять! Сам же видел как китайцы едва не хлопали в ладоши и даже без окончательного утверждения операции начали демонтаж своих мортир и подготовку к маршу! У арабов вообще была уже анархия, удивляюсь как они еще смогли собрать 240 рот «мансуров» и наскрести две тысячи танков. И остались только мы и техасцы, против всей этой озверевшей кодлы! И, что бы тебе там не пели твои аналитики, предлагавшие партизанскую войну, уйти в катакомбы, перейти к позиционной войне, — все это херня! Не добрались бы термиты, передохли бы сами как крысы! Самая лучшая оборона это нападение! И поэтому наши парни сейчас там, рвутся к долбанному передатчику, что бы одним ударом решить все!
— Я сам это прекрасно понимаю и знаю, — проигнорировав эмоциональную бурю, генерал говорил ровным голосом, внутри которого чувствовалась туго сжатая пружина нервного напряжения и тревожного ожидания, — вопрос в том, что не ошиблись ли мы с термитами.
Саркастически усмехнувшись, Удав устало покачал головой:
— Не ошиблись. Как и предполагалось поведение не отличается тактическими изысками. Прут массой в лоб, пытаются прорвать баррикады. А если послушать перехваты, то среди деток гвалт, галдеж и едва ли не плачь. О никаком организованном сопротивлении речи не идет. Каждый сам за себя, — хищная усмешка сошла с лица, и наполнилась ожиданием неприятных сюрпризов, — Вот только есть несколько сообразительных группировок, что догадались о цели удара, несмотря на ограничение, умудряются активировать даже пустых термитов, замыкают управление на себе. И самое противное — это самые опытные детишки, и концентрируются
