Когда запах гари от последнего сожженного моста старого прошлого, разъел ноздри, когда в глазах не осталось слез горечи, — нужно не оглядываясь идти вперед. Улыбнуться трудностям и смело шагнуть в туман будущего. Навстречу новым приключениям, навстречу судьбе. И не важно кем ты был, — важно кем ты хочешь стать! История о трех юнцах начавших «новую» жизнь с полного нуля, — «пушечного мяса» в марсианских корпоративных войнах. И только настоящая дружба сплотила тройку в невиданный экипаж сумевший спасти жизнь и обрести свободу людям планеты, существование которой приобрело статус: «нe рентабельно».
Авторы: Мороз Игорь
копию торговца.
Оглядев разом притихшие ряды, Крафт мягко улыбнулся.
– Я Мастер Крафт, – усиленный внешними мембранами голос разлетелся по залу приглушенными громовыми раскатами, – и как комендант Цитадели, поздравляю с успешным прибытием на Пандору. И на этом, вынужден признать… приятные новости заканчиваются. Прежде чем задавать вопросы, предлагаю ознакомиться с архивом месячных новостей Федерации Содружеств.
Внутренне помолившись всем богам предков, удаче и провидению Немезиса, решившего вывалить на только что проснувшихся колонистов, всю правду, отошел с голодиска, где, на развернувшейся голограмме возникли силуэты дикторов, и экстренные обращения Парламента к гражданам Содружества.
Угасли последние кадры новостей, последняя реплика диктора прокатилась по залу тревожным эхо, но амфитеатр хранил гробовое молчание. Крафт уже начал опасаться, что неокрепшая после статики психика сыграла плохую шутку, и теперь ему придется возиться с полоумными колонистами, как все заговорили разом.
Вначале шепот между соседями справа и слева, затем между рядами, а затем голоса окрепли, и в зале воцарился гвалт.
Спокойно оглядывая поделенный на сектора амфитеатр, Крафт терпеливо ожидал тишины, и проявления лидеров которых обещал Немезис. Изучая бесчисленные списки колонистов, чьи личные дела хранились в Разумах, Немезис выдал ему точный перечень и расписание пробуждения людей.
Просматривая в свободное время краткие выдержки из личных дел, Крафт не находил ничего необычного или выдающегося, обычные люди. Кого еще могли завербовать Агентства Переселения?
Однородность Волны колонизации стоила определенных комиссионных, а собрать вторую волну, да по максимум скрыть это от вездесущих репортеров стоило еще больше. Так что ни о какой однородности «волны» не могло и быть речи.
Поэтому Крафт и не удивился необычной «пестроте». Все триста тысяч поселенцев представляли почти все виды социальных слоев, с более десяти содружеств, и даже нескольких пограничных планет.
Наконец гвалт стих. В каждом секторе появился человек, при речи которого остальные притихали, и оборачиваясь старались не пропустить ни слова. Но шумнее всех оказался сектор руководителей и менеджеров среднего и высшего звена, где особенно горячо и вдохновенно говорила высокая женщина. Заостренные черты лица, напоминали скальной утес обтертый ветрами, и оставившим глубокие следы морщин, но от этого лицо не постарело, а приобрело уверенность, которая дополнялась острым взглядом, словно клинком пронзающего собеседника.
– Корпорация нарушила условия контракта! – голос звенел сталью, и наполненный негодованием заставлял людей слушать речь во многом отражавшая собственные мысли, – Когда мы подписывали соглашения, в пунктах три дробь шестнадцать указывалась кислородная планета с поверхностным поселением земного класса. А что мы имеем сейчас?! Подземелье! Беззащитность! И полная изоляция от мощи Федерации! Я требую экстренной эвакуации в ближайшую систему Федерации и выплаты корпорацией штрафных санкций в годовом размере с окладов заявленных в контракте переселенца!
Зал взорвался ревом одобрения, многие вскочили с мест, и начали пробираться поближе к женщине которая так красиво говорила, и наверняка знает что и как нужно делать, что бы выбраться из ловушки в которую их заманили проклятые владельцы корпораций.
Окинув взором охваченные стихийным сбором сектора, заполненные бессмысленной суетой, Крафт криво усмехнулся. Сложив руки на груди, довольно отметил, что не весь зал поддался панике.
Зеленый сектор, представленный светло-русыми выходцами с планет русского конгломерата, оставался на месте, только нервозно оборачивался на старца.
Умудряясь и в сером комбинезоне выделяться среди мутной массы, старик сверлил торговца взглядом, словно проверял на прочность, оставшись довольным ответным взглядом, слегка ослабился и пригладив седую бороду, что то шепнул сидевшему рядом детине. По сектору прокатилась волна перешептываний, и этот участок амфитеатра можно было назвать морем спокойствия.
Близлежащие сектора, оглядываясь то на спокойно сидевший зеленый сектор, то на броуновское движение в оранжевом секторе руководителей, то на молчавшего коменданта, не решительно оставались на месте.
А бурная агитация перешла в организацию движения, и в оранжевом секторе не осталось ни одного сидящего. Толпа высыпала в проходы. Но двухметровые створки-двери остались плотно закрытыми, и в тамбурах началась давка.
Заварившая стихийное действо женщина, растеряно оглядывала столпотворение. Окруженная верными сторонниками,
