Когда запах гари от последнего сожженного моста старого прошлого, разъел ноздри, когда в глазах не осталось слез горечи, — нужно не оглядываясь идти вперед. Улыбнуться трудностям и смело шагнуть в туман будущего. Навстречу новым приключениям, навстречу судьбе. И не важно кем ты был, — важно кем ты хочешь стать! История о трех юнцах начавших «новую» жизнь с полного нуля, — «пушечного мяса» в марсианских корпоративных войнах. И только настоящая дружба сплотила тройку в невиданный экипаж сумевший спасти жизнь и обрести свободу людям планеты, существование которой приобрело статус: «нe рентабельно».
Авторы: Мороз Игорь
Что для любой корпорации повседневно сталкивающейся с оптимизацией трудовых ресурсов, было несбыточной мечтой…
Но это требовало постоянного присмотра. И пока Совет Семи еще не готов был принять бразды правления системой, Немезис был сердцем и мозгом организма быстрорастущей Цитадели. Пропадая сутками в вирте, он жил виртом. Он был един и состоял из тысячи автономных систем. Он всемогущ. Но и беззащитен…
Слияние с электронным миром, давало невиданную мощь для созидания, но и отдавалась болью. Безобидный сбой автоматики, отдавался в сознании Немезиса обжигающим спазмом. Любая авария или поломка тут же врывалась в сознание Немезиса лавиной соразмерной боли.
При неудачном запуске первого разгонного генератора призванного усилить мощность реакторов «Ковчегов», трех метровая сфера парящая в лиловых путах магнитных ловушек дала трещину и энергия реакции прямого распада мезонита оказалась бесконтрольной. Ослепительный разряд, сорвавшийся от оборванных силовых кабелей, мгновенно ударил в центр сферы и породил «провал» пространства. Весь сектор экспериментального энергетического модуля, вместе со всем персоналом и оборудованием в один миг оказался в не бытье, а на его месте образовалась ровная сфера сто метровой пустоты.
Тогда Немезис провалился в беспамятство на сутки. И только благодаря вмешательству медблока начавшего артишоковую процедуру, заставило его вернуться в реальность и сразу же окунуться в водоворот событий.
Роберт Родригес был раздражен. Не признаваясь самому себе, в причине недовольства, он лелеял злость. Подбрасывая поленья аргументов в тлеющий внутри костерок, заводил себя и питал силы в пламени разгорающихся эмоций для очередного километра патрулирования. Переставляя ноги закованные в десантную броню, одновременно успевал следить на показаниями сенсоров и переговариваться с командиром.
– Все таки, я не понимаю Андре-у, – выдергивая из виртпереводчика слова и предложения языка русского этноса, Роберт коверкал произношение своим латино-английским акцентом,- почему мне нельзя получить о-т-г-у-л?
Следовавший невдалеке контур оживших джунглей замер. На фоне низко растущих зарослей треугольных листьев, фигура пехотинца замершего с активированным оружейным комплексом «Убой- 300» выделялась чужеродной геометрией форм. Но нанесенная на полную броню раскраска, уловила смену освещения и подобрав волну яркости, слилась с окружающим фоном в единое целое.
Не убирая строенные стволы плазменного излучателя в походное положение, старший тройки отозвался в вирт контуре неожиданным хрюканьем. Новичок в их паре, которого только перевели из «учебки», ослиным упрямством ставил уже достал конкретно. Задавал вопросы на которые ответами были только вымученные кривые ухмылки сослуживцев. Но он был старшим тройки и ему положено отвечать на ЛЮБЫЕ вопросы своих бойцов. Тем более, в скучном мотании по однообразным джунглям и рябившей в глазах живности, самому хотелось чем-то отвлечь мозги от многочасового оглядывания участка патрулирования.
– Твое упорство да направить на обучение, давно бы сдал аттестацию на мастер сержанта, – весело отозвался «Андре-у», – но ты только бесишься, если что-то не по твоему и затеваешь склоки на пустом месте.
– Виной тому горячая кровь, – не признавая упрека, отозвался Родригес, – у меня в роду столько намешано предков, что хватило бы на атлас этносов Новой Бразилии.
– На атлас дурости хватило бы, – глухо проворчал Андрей Саламатов, и тут же громче добавил, – я же не говорю сколько во мне намешано крови, и при этом не скандалю. Дело не в предках, а в терпении и понимании окружающих…
– Нет, это ты не понимаешь. У тебя вот какой индекс генетический устойчивости? – раздраженно произнес Родригес.
– Ну, семьдесят пять с плюсом…
– А у меня пятьдесят один с минусом, и Светлана как луч света, – голос Родригеса дрогнул и он сбился на полуслове. После паузы, произнес едва не срывающимся голосом, – Она единственная надежда на рождение моих детей. Понимаешь? МОИХ! Не из генетического банка, не приемных, а от меня. Дева Мария услышала мои молитвы и явила чудо- помогла забеременеть моей женщине, и послала мне младенцев…
Закатив злаза к небу, Андрей шумно выдохнул. Историю пары Родригесов старший дозорной группы уже знал наизусть. Кроме требования новой системы управления, что вменяла ознакомление с личными делами бойцов и психопрофилем, он уже успел узнать от первоисточника о всех близких и дальних родственниках не только Роберта, но и троюродных сестер, братьев
