Когда запах гари от последнего сожженного моста старого прошлого, разъел ноздри, когда в глазах не осталось слез горечи, — нужно не оглядываясь идти вперед. Улыбнуться трудностям и смело шагнуть в туман будущего. Навстречу новым приключениям, навстречу судьбе. И не важно кем ты был, — важно кем ты хочешь стать! История о трех юнцах начавших «новую» жизнь с полного нуля, — «пушечного мяса» в марсианских корпоративных войнах. И только настоящая дружба сплотила тройку в невиданный экипаж сумевший спасти жизнь и обрести свободу людям планеты, существование которой приобрело статус: «нe рентабельно».
Авторы: Мороз Игорь
деле и «второе дно», о котором Ряхлов узнал уже позже, прислушиваясь к трепу штабных офицеров, кутивших в офицерском клубе. Благодаря «торпедной атаке» генерал не проиграл схватку за новое месторождение. И негласное соглашение заключилось — генерал чувствовал моральный долг и усиленно продвигал своего протеже.
Ряхлов досрочно получил офицерский чин, ступеньки карьерной лестницы зарябили в глазах, и через неполные два года уже с капитанскими ромбами, Ряхлов «командовал» учебной ротой…
Улыбнувшись воспоминаниям, Ряхлов натянул высокомерную маску любимчика удачи, повеселел и склонился над дисплеем терминала. Вчитываясь в строки, постепенно хмурился и постукивал холеными ногтями по пластику настольного обелиска с дарственной надписью и пожеланиями успехов в карьере от своего ангела-хранителя, все-таки сложившего голову где-то в пустыне.
Пожевав губу, отодвинул терминал со строками заключений психологов. Закорючки букв повествовали о проблеме. Проблеме, способной стать «гнилой ступенькой» в его карьере.
Воплощалась она в трех курсантах, тянущих показатели его личного рейтинга вниз. В результате этого могло приостановится его торжественное продвижение по карьерной лестнице, следующим этапом которого намечался перевод в штаб. Тем более, что денежный оклад капитана уже не справлялся с запросами «баловня фортуны» любившего покутить в «красных порталах».
Сонную тишину кабинета разогнал сигнал вызова. Не глядя на монитор коммуникатора, Ряхлов нажал клавишу ответа.
— Мой капитан, прибыли курсанты с гауптвахты, — доложил дежурный по уровню.
— Через пять минут вместе с командирами крыльев ко мне.
Откинувшись на спинку кресла, Ряхлов полюбовался своим отражением. Придав лицу строгое выражение, поправил липучки песочного комбеза, ласково погладил ромбики звания. Вызвав наброски скорбного рапорта в холодной подсветке дисплея, начал «про себя» репетировать речь.
Свистнули отъезжая створки, и в открывшуюся дверь вошел командир восточного крыла лейтенант Колосовский. Коренастый молодой человек с ярко выраженным волевым подбородком и глубоко посаженными голубыми глазами, лейтенант, за глаза прозываемый «Кол», славился твердостью характера и немногословностью. Чемпион батальона по стрельбе из импульсного пистолета, в жизни он был довольно спокойным человеком, но в критических ситуациях умел превращаться в настоящий ураган. Среди курсантов поговаривали, что при схватке за «Кратер слез» он десять минут один сдерживал прорыв трех тяжелых «азиатов»…
Уважение, которое испытывали курсанты к своему лейтенанту, граничило с фанатичной преданностью, что коробило самолюбие Ряхлова и сказывалось на их взаимоотношениях — Ряхлов терпел лейтенанта так же, как памятник голубей.
Следом за Колом в канцелярию юркнул другой командир крыла, засидевшийся в своем звании лейтенант Анисимов, метко прозванный курсантами «Симой». Первое, что бросалось в глаза при взгляде на лейтенанта, — это кукольное лицо с широко распахнутыми детскими глазами. Весь такой округлый, он создавал впечатление нарисованного хомячка. Но первое заблуждение моментально разбивалось тяжелым басом Симы, от которого перепонки неподготовленных слушателей опадали шелухой, а от смысла гневной отповеди наступало непреодолимое желание застрелиться, дабы добровольно прекратить мучения, настолько жестоко ошибшейся природы.
Вошедшие следом за ними курсанты организовали у двери строй, а за столом расселись офицеры.
— Господа курсанты, согласно уставу Наемного Русского Батальона и мнению психологов, и преподавателей, с прискорбием должен сообщить, что я и командиры крыльев рассматриваем процедуру перевода вас в Обеспечение, — с места в карьер начал речь капитан, — все наши воспитательные методы себя исчерпали. Дабы ускорить процесс, вы должны написать рапорта о добровольном переводе, — удовлетворенно хмыкнув, Ряхлов поднял взгляд близко посаженых глазок, — ведь за годы обучения в Учебном Корпусе вы не добились не защитили ни одной ступени, — перейдя к сути, скривился он будто выпил уксуса, — Дыбенко, вы провалили все зачеты по теоретическим дисциплинам. Не сдали на допуск к самостоятельной работе. Сломали два имитатора в тактическом классе…
Прочитав пометки в личном деле Косяка, замялся, подбирая пристойные выражения, затем, видимо найдя нужные слова, он придав лицу нейтральное выражение прокомментировал:
— Курсант Косяков неуспеваемость практически по всем дисциплинам. Неплохие показатели по взрывчатым веществам да и только… Но на фоне постоянных конфликтов с сослуживцами, ваше вызывающее поведение, нарушение
