Сталинские Зверобои

капитана отставника в генералы, хотя на войне всегда так, это в мирное время ценз на звания, а в военное порой по паре званий в год выслуживали, просто, кто как себя показывал. Был и новый разговор со Сталиным.
— Товарищ Волков, как вы думаете, что нам следует делать дальше?
Вопрос Сталина поставил меня в тупик, я ведь не стратег, а тут нужно штабное мышление, причем глобальное.
— Трудно сказать товарищ Сталин, в моем времени произошло, как вы говорили — головокружение от успехов и летом наши войска попытались провести новую наступательную операцию и в итоге мы получили Харьковскую катастрофу. Понесли большие потери, а фронт докатился до Волги, до Сталинграда. Не смотря на успешно проведенное контрнаступление под Москвой, наши войска еще не готовы к масштабным наступлениям. Вначале необходимо перевооружить армию и обучить её, бойцы должны досконально знать свое вооружение. Опытный экипаж на старом танке легко уничтожит новый танк, если там будут молодые салаги без опыта войны. Я понимаю, что хочется поскорее вымести с нашей земли фашистскую нечисть, но если мы будем спешить, то не приблизим это время, зато понесем ненужные потери. Сейчас обстановка стабилизировалась, на предприятиях начали выпуск новой техники и вооружения, вот и не будем торопиться. Единственное, так это можно провести операцию на карельском перешейке и отодвинуть фронт от Ленинграда и там.
— Вы готовы лично провести эту операцию?
— Да, рельеф там конечно сложный, много озер, оврагов и лесов, идеальная позиция для обороны, не везде можно использовать танки, но я готов. Единственное, быстро не обещаю, я не хочу класть своих бойцов в землю ради возможности побыстрей отрапортовать о выполнении задания.
— Это похвально товарищ Волков. К сожалению многие товарищи в своем желании выслужится не берегут вверенных им бойцов, мы конечно стараемся бороться с такими товарищами, но к сожалению не всегда успешно. Вы можете конкретно сказать, сколько вам понадобится времени, и как далеко вы сможете отодвинуть фронт?
— К сожалению нет. Я не знаю финских сил, к тому же в лесной войне они мастера, что наглядно показала компания 40-го года. Повторять те ошибки я не хочу и класть своих людей просто так не буду. Я лучше потеряю время, но сохраню своих солдат.
— Хорошо товарищ Волков, мы не будем требовать от вас сроков, но и вы постарайтесь не задерживать сверх необходимого.
Не так страшен черт, как его малюют, Сталин не любил тех, кто не выполнял свои обещания, но и к объективным фактам прислушивался. Понапрасну терять опытных и обученных бойцов он тоже не хотел, а потому у меня было время, но и тянуть сверх необходимого тоже не стоило.
Если на юго-западном направлении линия фронта значительно отодвинулась от Ленинграда, то на северном она была очень близка, и мне теперь предстояло исправить это и по возможности с минимумом потерь. Месяц ушел на отдых и приведения в себя порядок, и в середине января началась операция на Карельском перешейке. Кроме моей дивизии, мне выделили только еще одну пехотную, правда штатного состава. Это конечно не много, вернее для операции такого масштаба считай ничто, но во первых меня не подпирают сроки, а во вторых у меня есть собственная длинная рука с большой кувалдой в ней, это тяжелая артиллерия, которую я смог отстоять.
Пара дивизионов 122 миллиметровых гаубиц М-30, один дивизион дальнобойных А-19, еще один тяжелых 152 миллиметровых МЛ-20 и два дивизион самоходных гаубиц СУ-12 и СУ-15 и это не считая обычных тяжелых самоходок СУ-107, СУ-122 и СУ-152. Всё различие между ними только в том, что самоходные гаубицы это гаубицы и есть только на самодвижущейся платформе, а самоходки — это по своей сути штурмовые орудия для взлома огневых точек и тяжелые противотанковые машины. Попробовал под проведение наступления еще отжать немного гаубиц, но прилетела птица обломинго и махнула своим крылом. Единственное, что смог получить, то это использование в своих операциях артиллерию фронта. На безрыбье и рак рыба, но в этом случае придется каждый раз договариваться с командующим Карельского фронта, а если учесть, что это самый длинный фронт Великой Отечественной, до 1600 километров, то и артиллерия размазана тонким слоем, так что особо губу не раскатаешь. Если только не привлечь Ленинградский фронт, вернее его северную часть. Тут я буду действовать в интересах обоих фронтов, но как получится взаимодействовать, не знаю. Для многих начальников я выскочка из ниоткуда, уже встречался с тихим саботажем, когда исподволь вставляли палки в колеса. Ну что есть, то и есть, посмотрим, повторять ошибок Ворошилова в финской войне я не собирался, ни каких лобовых атак на неподавленную оборону противника. Только