Они были мертвы — но вернулись к жизни. Они убивали — и будут убивать вновь. Но теперь они служат не мелким земным князькам, а всесильной сверхцивилизации. Они покоряют неизвестные миры, населенные чудовищными мутантами. Прочь с дороги —
Авторы: Андреев Николай Ник Эндрюс, Романов Николай Александрович
в зал. При ударе о каменный пол дикарь раскроил себе череп.
– Любопытство – опасный порок, – бесстрастно проговорил самурай и тут же, повысив голос, добавил: – Приготовьтесь к атаке сверху! Враг пытается застать нас врасплох.
Аято не ошибся. Сбросив веревки вниз, несколько мутантов начали быстро спускаться. Обнажив клинки, земляне атаковали оливийцев. Завязалась кровавая драка.
Возобновили наступление и остальные группы боргов. Трое аланцев отстреливались, не жалея патронов. Казалось, еще немного – и неприятель прорвет оборону разведчиков.
Низкорослый, широкоплечий тасконец подбежал к ближайшему десантнику и огромным топором ударил беднягу по голове. Разрубить прочный шлем мутант не сумел, но череп солдату проломил. Обливаясь кровью, парень повалился на песок. Унгвар тотчас пронзил оливийца насквозь.
С огромным трудом наемники уничтожили немногочисленный отряд боргов, проникший в здание. На полу валялось приблизительно пятнадцать трупов.
Осознав, что внезапное нападение с крыши не увенчалось успехом, вождь племени отвел бойцов назад. Тасконцы нуждались в передышке.
– Где Осман? – взволнованно выкрикнул русич, оглядываясь по сторонам.
– Погиб, – ответил Дойл. – Яне успел ему помочь…
Араб лежал, привалившись к стене. Копье противника пробив и бронежилет, и легкую кольчугу, пронзило сердце землянина. Смерть была мгновенной. Тут же распластались два убитых мутанта. В гневе чернокожий гигант страшен.
Раненый аланец еще дышал. Он находился без сознания. Жизнь медленно угасала в теле разведчика. Снять шлем с десантника никак не удавалось. Отрицательно покачав головой, Мануто с равнодушием в голосе сказал:
– У него поражен мозг. Парень долго не протянет. Надо прекратить эти мучения.
– Ты хочешь добить Стива? – разъяренно воскликнул Тентон. – Перерезать бедняге глотку? А может, разделать труп на куски? У нас ведь мало пищи.
– Прекрати истерику, сержант, – раздраженно произнес японец. – Дойл прав. Рана слишком глубокая. Солдат все равно умрет. Нести такой груз – значит, обречь отряд на гибель. Если Насис начнет отставать, я не проявлю к нему жалости. Таковы законы войны. Во время первой экспедиции мы оставили де Креньяна в лесу, потому что бандиты догоняли группу. Будь десантник в сознании, он бы покончил с собой. Подумай, об оливийцах. Смерть – избавление от страданий.
Из хранилища показались Бастен и Гартен. Аланцы удивленно смотрели на лежащих в зале мертвых боргов. В темноте вспыхнул свет фонаря. Тут же раздался свист летящих стрел.
– Погаси немедленно! – приказал Тино. – Наверху свора лучников.
Десантников спасла надежная амуниция. Стальные наконечники не сумели пробить ни шлем, ни бронежилет. Тем не менее разведчики получили несколько болезненных ушибов.
– Как успехи? – поинтересовался самурай, дав длинную очередь по краю купола.
Сержант протянул Аято толстый альбом.
– Что это? – спросил японец, пытаясь разглядеть надпись на титульном листе.
– План подземных коммуникаций северо-западного округа Боргвила, – сообщил аланец. – Трудно сказать, насколько он соответствует действительности, но больше ничего ценного в кабинете нет.
– Великолепно! – вымолвил землянин. – Лет через пятьдесят Эду Сароту поставят здесь памятник.
После небольшой паузы Тино скомандовал:
– Все в подвал. Раненых и убитых забираем с собой!
Первыми к лестнице устремились наемники. Унгвар и Мануто тащили за руки труп Османа. Десантники несколько задержались. Переноска умирающего солдата отняла немало времени. Мутанты неплохо видели в темноте. Лучники почти без промаха стреляли в двигающиеся фигуры. Вскрикнул и схватился за предплечье Гартен. К счастью, зазубренный наконечник стрелы прошел вскользь и лишь оцарапал кожу разведчика.
Из подземелья доносились отчаянные ругательства самурая. Его раздражала медлительность аланцев. Терять людей из-за никому не нужного милосердия Аято не хотел.
Только спустя пять минут десантники осторожно внесли в хранилище раненого товарища. Японец крайне редко проявлял эмоции, но сейчас он пришел в ярость.
– Мне надоел этот идиотизм! – воскликнул Тино, приближаясь к солдатам. – Я командую отрядом. Если хотите сдохнуть, скажите сразу. Мы имеем дело с очень опасным и коварным врагом. Наши шансы на спасение близки к нулю…
– Что случилось? – удивленно проговорил Бастен. – Никто серьезно не пострадал…
– Вам просто повезло, – прорычал самурай. – Взгляни на собственную спину!
В бронежилете сержанта торчало сразу две стрелы. Аято обломал древко одной и показал его аланцу. Не ускользнуло от внимания
