Великолепный Джим ди Гриз — знаменитый межзвездный преступник — получил за свою изобретательность и решительность меткое прозвище «Крыса из нержавеющей стали». Рожденный богатой творческой фантазией Гарри Гаррисона, отчаянный и симпатичный герой из далекого будущего приобрел необыкновенную любовь и популярность поклонников фантастики во всем мире, щедро поделившись славой со своим создателем.
Авторы: Гаррисон Гарри
как продолжить, но, должно быть, выражение моего лица было куда красноречивей слов.
– Мальчики?.. Что с ними?
– Не знаю толком. Уверен, у них все в порядке. Мы расстались после операции и к отелю отправились разными дорогами. Впусти же меня, я расскажу подробнее.
Как только дверь за моей спиной захлопнулась, я ей все рассказал. Медленно, выбирая слова между глотками выдержанного рона. Пока я говорил, жена сидела как изваяние. Печальное повествование подошло к концу, и она кивнула.
– Мучаешься?
– Мучаюсь. Я во всем виноват. Только я. Я взял их с собой…
– Помолчи. – Анжелина наклонилась ко мне и коснулась губами щеки. – Они – взрослые люди, на дело пошли с открытыми глазами. Ты не только не вел их к катастрофе, но и, дав им шанс на спасение, подставил себя под огонь врага. Ты сделал все, что в человеческих силах. А теперь успокойся, и, пока ждем новостей, я подлатаю твой безобразный нос.
Она промыла рану и наложила на мой нос пластырь; за всю операцию я лишь несколько раз сдавленно охнул. Потянулось ожидание. Анжелина, которая обычно пила лишь на официальных приемах, наполнила стакан роном и потягивала из него маленькими глотками. Мы поминутно отводили глаза от часов, а каждый раз, заслышав на улице сирену, как по команде вздрагивали. Мой стакан опустел, я потянулся к бутылке.
– Милая, тебе плеснуть?
Пронзительно зазвонил телефон. Прежде чем я опустил бутылку на стол, Анжелина сняла трубку и включила внешний усилитель.
– Говорит Джеймс, – раздался знакомый голос, и я облегченно вздохнул. – Поменялся одеждой с солдатом и выбрался из заварушки без проблем, но появиться в отеле в таком виде не могу.
– Я подберу тебя, – сказала Анжелина.
– Как отец?
– Нормально, сидит рядом с расквашенным носом. А как Боливар?
Последовала секундная пауза, и напряжение во мне возросло десятикратно.
– А он не звонил?
– Нет. Я бы сказала.
– Выходит, его взяли. Я видел, как оттуда выскочили полицейские в противогазах. Они были единственными, кто покинул поле битвы. Я оставался на месте, пока не рассеялся дым и не начали строиться войска. Сожалею, что…
– Не вини себя, сынок, ты сделал что смог. Для начала доставим тебя сюда, затем подождем новостей. Уверена, вреда Боливару не причинят. Все будет хорошо.
Голос Анжелины звучал спокойно, но, глядя ей в глаза, я знал, что в душе она рыдает.
Анжелина отправилась за Джеймсом.
Решив, что сегодня, как никогда, нужна свежая голова, я закупорил и отставил в сторону бутылку рона. Передо мной на столе стояли сандвичи и горох – лучшая пища для мозга. Весьма кстати. Я придвинул тарелку с горохом, открыл бутылку сухого вина – нужно чем-то запивать еду. В последовавшие полчаса мой невидящий взгляд был прикован к телефону, зажатая в руке вилка ковыряла горох, мозг же лихорадочно работал. Чем больше я размышлял, тем более логичным мне казалось одно из самых непривлекательных решений проблемы.
Хлопнула дверь, вошли жена и сын.
– Телефон не звонил, – сообщил я.
– Я бы поел, – сказал Джеймс, наливая в стакан немного вина.
Я рад, что по части алкоголя близнецы пошли в мать, а не в меня, забулдыгу.
– Я придумал план, – объявил я. – Возвращение Боливара гарантировано.
– Я тоже придумала план. Мы ворвемся в тюрьму, перестреляем всех, кто встанет на пути, и освободим его.
– Нет. Именно этого от нас ждут, мы же ударим в другом месте.
– И где?
– Мы возьмем пленного, которого они с радостью обменяют на Боливара.
– Кого?
– Самого Сапилоте!
Джеймс был столь удивлен, что на минуту даже перестал работать челюстями. Анжелина куда лучше контролировала себя.
– Может, разъяснишь, как додумался до этого?
– Охотно. До сегодняшнего вечера мы всюду опережали врагов на шаг и высокомерно полагали, что так будет и впредь. Но медовый месяц кончился – у кого-то в их стане есть голова на плечах. Весьма вероятно, что этот кто-то – полковник Оливера, ведь не случайно именно он поджидал нас в нашей машине. Пока не уверимся в обратном, считаем его врагом номер один. Он знал, что для успеха нашей избирательной кампании нам не обойтись без средств массовой информации. Из нашей сегодняшней пресс-конференции наружу не просочилось ни слова, и он резонно предположил, что мы попытаемся прорвать
