Стальная Крыса

услышав щелчки наручников. Анжелина тоже не выглядела счастливой, гримируя мое разбитое лицо. Она полюбовалась на дело рук своих, затем нахмурилась.

– Джеймс, я передумала насчет поездки по магазинам. Возьму такси, отправлюсь в вашу с Боливаром гостиницу. Надолго залягу в пузырьковую ванну и буду отдыхать. Отведу Глориану на прогулку, нам обеим не повредит моцион. Тебя прошу держаться поблизости, вдруг что-нибудь пойдет не так. Давайте забудем про Кайзи, про деньги, про месть, вообще про все, что связано с риском для жизни вашего отца. Ты меня понял?

– Прекрасно понял. Я буду рядом. С такой же рацией в ухе – Он протянул на ладони что-то вроде рисового зернышка. – Со склада меня не заметят, но я услышу все.

Я забрал зернышко и вставил себе в ухо. Анжелина поработала на славу – на моем лице не оставалось живого места. Когда все было готово, Джеймс освободил “жучков” Анжелина послала мне воздушный поцелуй, и они удалились.

Навалилась тоска, но выпивка взяла свое. Я уснул в считанные секунды.

Я пересмотрел множество отвратительных снов, пока меня не разбудил шепот в ухе. Том самом, где лежала крошечная рация.

– Похоже, к складу подъезжает Кайзи, – предупредил Джеймс.

– Который час? – произнес я тихо-тихо. Слышать мог только сын.

– Скоро закат. Кайзи засиделся в банке допоздна.

– Нетрудно угадать, почему. Будь на связи.

– Обязательно.

Я мог снять наручники, но надеялся, что такая необходимость не возникнет. Осталось потерпеть совсем недолго, и, если я правильно сыграю свою роль, наш ответный демарш приведет к победе.

Я услышал, как отворилась и затворилась входная дверь. Потом раздались шаги – кто-то приближался к моей комнате. Клацнула ручка. Я повернулся, посмотрел.

– Что, Джим, небось пить хочется? Под глазами у Кайзи лежали черные круги. Он денно и нощно строил свои мошеннические планы. Но все же сохранил достаточно энергии для садистских шуточек.

Я ответил хриплым кашлем.

– Ты готов отдать облигации?

– Воды…

– Пожалуйста Он вернулся с чашкой воды, поднес к моему лицу и вылил на пол.

Я играл, как заправский лицедей, – хрипел, кашлял, стонал. Ему понравилось.

– Так как насчет облигаций?

– Я… отдам…

В награду я получил полчашки тепловатой воды. Ровно столько, сколько нужно, чтобы не умереть от жажды. Кайзи холодно смотрел па меня.

– Не верю, – сказал он. – Джим ди Гриз так легко не сдается. В ближайшие дни я буду очень занят, поэтому мы, пожалуй, перенесем операцию на следующую неделю.

Моя голова упала на грязную подушку, я жалко захрипел, н это вызвало у Кайзи улыбку.

– Так и быть, время от времени будешь получать глоток воды, однако никакой пищи. Ты мне нужен слабым, но не мертвым. Думаю, за эту недельку ты одумаешься и согласишься встать под мои знамена. А если нет, подождем еще немного. Ну, я тем временем найду о чем потолковать с твоей супругой.

Я очень реалистично скорчился в припадке бешенства.

– Джим, даже тебя можно сломать. Уж поверь.

– Чтоб тебе… сгнить в аду… – прохрипел я вслед ему.

Ах, до чего же ему нравилось мучить людей. Я насобирал горсть “жучков” и спрятал в радионепроницаемый мешочек. Но одумался и рассыпал по кровати. Если они у молкнут надолго, Кайзи насторожится.

– Джеймс, забери меня отсюда, – проговорил я. – Думаю, близится последний акт.

Джеймс бесшумно открыл дверь гостиничного номера. Но Анжелина уже не спала. Она сидела на кровати, и ей потрясающе шел мужской купальный халат. – На столике – горячий кофе.

– Чудненько!

Я наполнил две чашки, одну дал Джеймсу.

– Кайзи пришел и ушел. Этот садист решил держать меня взаперти, чтобы я варился в собственном соку. Но теперь он обо мне вспомнит не скоро – других забот полон рот. – Я потер накладной шрам, который норовил отвалиться. – Хочу смыть грим, а может, и эту гадость заодно, пока не омертвело слишком много клеток. Не согласится ли кто-нибудь позвонить вниз и заказать гору еды на завтрак?

Умытая и высушенная феном Глориана сладко посапывала. Она не проснулась, пока я обмывал раны и надевал халат. Я вышел из ванной и воспрянул духом при виде стола, ломящегося под тяжестью яств. – Мрунгль… – Не так-то просто говорить с набитым ртом.

– Сначала проглоти, – послышался разумный совет Анжелины.

Наконец, блаженно отдуваясь, я сказал:

– Только одного не хватает – сигары!

– Папа, я знаю наперечет твои грязные