Этот мир очень похож на наш. В нем те же материки и те же народы, но у него совсем другая история, творимая не только мечом, но и магией…Еще в Средние века европейские страны объединились и образовали Континентальный Имперский Союз, или просто – Империю. Но даже в этой Империи нет мира.
Авторы: Гаврилов Игорь В.
само Время, помогал напитанный магической силой зал, созданный канувшей в Лету расой…
Небо на востоке стало алым, распалась на половинки каменная плита, мужчина и женщина вышли туда, где и встретились, – под своды храма Вечности.
Александр Стил и Корнелия Орландо простились на ступенях храма.
– Мы встретимся снова, Александр? – тихо спросила графиня Орландо.
– Да, Корнелия! Завтра я буду ждать тебя.
Прощальный поцелуй, и Корнелия спустилась по ступеням и пошла по тропе, что вилась среди руин исчезнувших во Времени зданий, пересекала поляны, поросшие вечнозеленой травой и странными желтыми цветами, распускающимися здесь даже в холодные и темные зимние дни.
Следующей ночью они опять были вместе, вновь спустились в подземные залы…
Мужчина и женщина сидели на изящной скамье, на эбеновой поверхности столика перед ними стоял кубок с вином и два хрустальных бокала.
– Это вино было приготовлено в году 1727, Корнелия, – сказал Стил. – В том году короновался отец Торренса император Генрих Пятый.
– Оно вдвое старше меня, Александр, и имеет восхитительный вкус. К сожалению, женская красота не улучшается от времени подобно благородному напитку. Когда мне будет столько же лет, сколько этому вину, я стану морщинистой старухой и буду жить затворницей в своем замке – в таком возрасте не выезжают в свет.
– В твое утешение, Корнелия, могу сказать, что к тому времени я тоже стану не менее морщинистым высохшим старичком.
Корнелия взяла Стила за руку, невесело улыбнулась, глядя на воду, тихо заговорила:
– Я боюсь, ты не доживешь до старости, мой Великий имперский арбитр. Ты сжигаешь себя изнутри, творя волшбу, неподвластную другим. Ты приносишь себя в жертву Империи, Александр…
– Такова участь всех Великих имперских арбитров. Ты права, любимая, мало кто из Посвященных Богу умирает от старости. А продлить свою жизнь магией человек, увы, не может.
– Это несправедливо, Александр!
– С точки зрения смертного – да, это несправедливо. Но бессмертный телесно человек перестает быть человеком. Вспомни, вампиры живут века, но они не люди, Корнелия. У человека бессмертна душа, и Бог решил, что этого вполне достаточно.
Женщина обняла мужчину, посмотрела в глаза. Стил почувствовал вновь, как находит любовное наваждение, становятся ненужными все слова, кроме слов признания в любви…
…Они рассказывали друг другу о многом, выдавали сокровенные желания, вспоминали прошлое и строили планы на будущее. Корнелия призналась Стилу:
– То, что произошло между нами за эти две дивные ночи, не было внезапной вспышкой страсти. Ты должен знать, Александр, что я давно отличала тебя от других мужчин. Чувство, которое я испытывала к тебе, еще не было любовью, но не было оно и простым чувством симпатии.
– Мы впервые увидели друг друга на балу, который давал император по случаю рождения своей дочери Ноэми.
– Да, любимый, ты стоял справа от трона Торренса, и, после того, как граф Орландо представил меня гелиарху, мы подошли и к тебе, Александр. Меня тогда поразила твоя молодость – я всегда представляла себе Великого имперского арбитра седым насупленным старцем, в черных одеждах.
– Именно это чувство удивления заставило тебя тогда покраснеть и опустить свои колдовские глаза? – улыбаясь, спросил Стил.
Корнелия надула губки, показывая притворную обиду.
– Ты мог бы и догадаться, что я тогда покраснела не только от удивления.
Стил не стал уточнять причину смущения графини Орландо семь лет назад, а просто привлек ее к себе, целуя пахнущие миндалем губы женщины…
Позже Стил, по просьбе Корнелии, рассказывал ей историю своей жизни. Корнелия знала, конечно, биографию Великого имперского арбитра, но ей очень хотелось услышать именно от мужчины, которого она полюбила, историю о том, как становятся Посвященными Богу.
…В году 1749 от Рождества Христова обедневший английский дворянин Эдуард Стил сопровождал в путешествии в Московию богатейшего аристократа герцога Солсбери. Сей герцог прибыл в Московию с дипломатической миссией, а о богатстве и знатности его можно было судить по свите, насчитывающей около двухсот рыцарей-дворян. В середине месяца марта британцы добрались до Волги. На другом берегу реки их ждала Тверь – столица одного из русских княжеств. Переправлялись по льду, и во время переправы лошадь Эдуарда Стила провалилась в промоину. Искупавшись в ледяной воде, Эдуард занемог, и его оставили в Твери, в доме небогатого купца, а герцог Солсбери со свитой проследовал дальше, в Москву.
За метавшимся в горячечном бреду чужеземцем присматривала дочь купца Анастасия. За время болезни Эдуард Стил немного выучил язык
