Этот мир очень похож на наш. В нем те же материки и те же народы, но у него совсем другая история, творимая не только мечом, но и магией…Еще в Средние века европейские страны объединились и образовали Континентальный Имперский Союз, или просто – Империю. Но даже в этой Империи нет мира.
Авторы: Гаврилов Игорь В.
штукатурки, смрадно дымил разбитый компьютер, упавший со стола, недалеко от него лежала на пурпурном ковре потерявшая сознание, но живая женщина в декольтированном платье. Парням из команды активных действий повезло меньше. Гравитационные удары превратили их в отбивные, в куски мяса с переломанными костями. Входные двери были выбиты, легкий ветерок с улицы врывался внутрь, слегка шевелил волосы на мертвых боевиках легиона, так и не успевших на подмогу своему боссу. Двое из троих ворвавшихся в салон полегли возле выбитых ими же дверей, третий взбежал на второй этаж и был уничтожен уже там.
Из-за угла навстречу нам выскочил человек с биодеструктором. У него оказались необычайно быстрыми реакция и скорость движений. Но я успел опередить его. «Беретта» хлопнула, человек легиона как-то неестественно крутанулся, напомнив мне эара-волчка, упал на ковер…
После того, как на улице раздался взрыв, все прекрасно поняли – теперь счет идет на секунды. Медлить нельзя, скоро у «Магии тела» окажется половина московской милиции. Надо быстро делать дело и уходить!
Танк бросил за угол две светошумовые гранаты. Чудовищный грохот потряс до основания здание. Звук и ярчайшая вспышка должны оглушить, ослепить, на время вывести из строя охранников в фойе второго этажа. Когда мы ворвались туда, только один из телохранителей Крымова оказал сопротивление и был моментально уничтожен, другие находились без сознания. Танк прикончил и их короткими безжалостными очередями. От взрыва гранат в фойе вылетели все оконные стекла, разбились тонкие вазы с цветами, украшавшие интерьер. В фойе выходили четыре двери. Мне понадобилось немного времени для того, чтобы определить, где именно находится Крымов. Я чуял этого подонка своим чутьем Посвященного, как чует акула кровь, за много километров, днем и ночью.
Ударом ноги я вышиб дверь, прыгнул в комнату. Крымов ждал, у него было время приготовиться к схватке. Он стоял напротив двери, у широкого зашторенного окна, сжимая в руке тонкий, с карандаш, изогнутый стержень. В углу комнаты испуганно жались к стене две оголенные женщины. Одна прижимала к груди скомканное платье, наряд другой составляли светлые чулки с туфлями и составленные из двух ниток трусики.
Крымов был полностью обнажен. Он обладал пропорциональным, без единого грамма жира телом спортсмена-пятиборца или пловца. Узкие глаза смотрели на меня, как на мишень, которую следует немедленно поразить. Пальцы Крымова шевельнулись, с кончика стержня слетел маленький желтый шарик, похожий на миниатюрную шаровую молнию, метнулся ко мне. Невероятным усилием мышц и нервов я сумел увернуться. Желтый шарик попал в стену, лопнул, проделал в ней дыру размером с голову. Комната наполнилась удушливым дымом, женщины в углу завизжали.
Я вскинул «беретту», выстрелил, метя Крымову в руку. Меня ожидал неприятный сюрприз – после выстрела Крымов не выпустил из рук оружие, хотя девятимиллиметровая пуля моего пистолета разворотила ему кисть.
Вслед за мной в комнату ворвались двое баталовских бойцов. Крымов на мгновение отвлекся, стержень в его окровавленной руке исторг из себя еще два стремительных комочка плазмы. Ребят из команды активных действий не спасли прекрасные бронежилеты. Одного из них разорвало пополам на уровне живота, у второго плазменный шар разворотил и сжег всю левую часть грудной клетки. Крымов отвлекся на краткое, почти неощутимое мгновение, но мне хватило этого микроскопического отрезка времени. Я выстрелил второй раз, пуля вновь вспорола кисть руки, и снова Крымов удержал свой адский механизм, созданный тварями враждебной человеку расы. Сблизившись с Крымовым, я ударил по его руке ребром ладони. Подобный удар с выбросом силы сломал бы толстый стальной стержень, но кости Крымова, похоже, были прочнее стали, они выдержали. Стержень плазменного разрядника все же вылетел из пальцев Крымова, оказался в противоположном углу комнаты. Я нанес целую серию ударов-уколов в нервные узлы, стремясь парализовать противника. И вновь задуманное мне не удалось. Крымов пробыл на станции рнайх долго, и там из него сотворили сверхчеловека, а точнее – нелюдя…
Из пяти моих ударов достигли цели лишь два, но и они не произвели на Крымова никакого действия.
Крымов ответил. Раненой правой рукой он попытался ударить меня в голову, ударить нечеловечески быстро. Я с трудом парировал этот удар, но почти пропустил следующий, нацеленный мне в сердце. Я успел только немного развернуть корпус, кулак Крымова врезался в плечо. Мой противник обладал силой робота или боевого эара, после его удара меня отбросило метра на три, тело пронзила боль. В тот момент в затянутой смрадным от горелого мяса дымом комнате мне не было страшно,
