Этот мир очень похож на наш. В нем те же материки и те же народы, но у него совсем другая история, творимая не только мечом, но и магией…Еще в Средние века европейские страны объединились и образовали Континентальный Имперский Союз, или просто – Империю. Но даже в этой Империи нет мира.
Авторы: Гаврилов Игорь В.
Владыки Космоса помогут нам. И на Земле поколения рабов будут сменяться одно за другим, а властители будут жить вечно и править вечно!
Крымов подался вперед, его руки, заведенные за спину и скованные, напряглись. Крымов вытаращил глаза – глаза эара – белые, с зелеными прожилками, без зрачков, зарычал:
– Выпустите меня, примитивные твари! Освободите меня, и тогда я сохраню вам жизнь, жииииииииии, – Крымов нечленораздельно не то застонал, не то завизжал.
Месарь на экране вздрогнул и отшатнулся, Куракин засуетился, лихорадочно манипулируя своими приборами. Никто не понимал, что происходит, почему поведение Крымова резко изменилось, почему больше не действуют психотропные средства.
Визг Крымова бил по ушам, он на одной ноте продолжался долго, пока резко не оборвался. На груди Крымова вздулись два бугра, кожа лопнула, с отвратительным чмоканьем наружу вылетели два тонких щупальца. Одновременно руки Крымова утончились, выскользнули из наручников, голова его пульсировала, раздувалась и опадала, словно кости черепа мгновенно превратились в эластичные резиновые жгуты.
Существо, еще недавно похожее на человека, а теперь принявшее истинный, отвечающий внутренней сущности облик, метнулось вперед. Щупальце, как кнут, хлестнуло Месаря, переломило подставленную для защиты руку, отбросило босса балашихинской братвы к стене. С треском полетели на пол сбитые видеокамеры. Куракин не успел увернуться, тварь врезалась в него, сшибла с ног, но и сама отлетела в угол, отброшенная защитным силовым полем. Здоровенный парень с бычьей шеей растерянно стоял у стены, челюсть отвисла, глаза остекленели. Куракин медленно поднимался.
Герасименко, которого пока еще не задел переродившийся Крымов, выхватил пистолет, успел дважды выстрелить; но пули, выбив искры, с визгом рикошетировали от стены в том месте, где только что была тварь. Полсекунды спустя Герасименко, коротко и страшно вскрикнув, упал.
Парень у стены немного пришел в себя, потянулся к оружию, но эар опередил его. Свистнуло тонкое, но чудовищно сильное щупальце. Парень, хрипя, стал сползать по стене, инстинктивно схватился за разорванное горло; из раны фонтанировала кровь.
Раненый Месарь опередил Куракина с его техникой. Рыча от боли, он здоровой рукой выхватил массивный короткоствольный револьвер. Оглушительно грохнули выстрелы. Тяжелые крупнокалиберные пули бросили тварь на серую бетонную поверхность стены. Месарь, держа револьвер в вытянутой руке, приближался к раненому эару, с набухшего рукава его пиджака на пол падали багровые капли крови.
Выстрел! Голова эара раскололась, на стену выплеснулась бурая жижа и сизые слизистые ошметки. Снова выстрел! Оторванные мошонка и пенис, которые еще оставались у твари от человеческого тела, полетели на пол. Тварь рухнула, ее конечности выбили на полу жуткий марш агонии. Месарь еще дважды выстрелил, затем патроны кончились, и после следующего нажатия на курок револьвер лишь щелкнул.
Месарь постоял над мертвым эаром, потом остервенело пнул несколько раз труп, сказал-выдохнул:
– Больше ты, сука, никого не убьешь!
Запись кончилась, проектор отключился.
– Что с Герасименко, он жив? – спросил я после паузы.
– Жив, но очень плох, – ответил Месарь. – Если бы не медкомплекс полковника, то он бы не выжил. Эта мерзость была очень сильной, с одного удара она сломала у Степана пять ребер. Ну и сломанное ребро ткнуло в сердце. Сильно ткнуло.
– Герасименко выживет, – подтвердил Куракин.
Больше отлеживаться мне нельзя. Пора покидать клинику.
Я откинул одеяло и сел на кровати. Левую ногу украшала солидная повязка. Я встал и продефилировал вдоль палаты в одних трусах. Боли не было, голова не кружилась.
– Повязку можно снять, – сказал Куракин, глядя на меня. – Рану я вам окончательно залечу своими средствами.
Я кивнул и вопросил в пространство:
– Интересно, где моя одежда?
Месарь с Куракиным дружно пожали плечами. Пришлось вызывать симпатичную дамочку в белом халате. Она, конечно, удивилась моему состоянию, провела небольшой медосмотр, после которого удивилась еще больше.
– Вы же почти здоровы, – недоуменно проговорила дамочка-врач. – Пульс, давление, температура – все в норме. Как такое может быть?
– Чудеса иногда случаются, – усмехнулся я. – Распорядитесь, чтобы принесли мою одежду. К сожалению, я буду вынужден покинуть клинику и моего обворожительного лечащего врача.
– Но я не могу вас выписать прямо сейчас, вы должны остаться хотя бы на двое суток, – запротестовала женщина.
– Вы уж выполните просьбу нашего странного больного, Вера Алексеевна, – мило улыбаясь, походатайствовал
