Этот мир очень похож на наш. В нем те же материки и те же народы, но у него совсем другая история, творимая не только мечом, но и магией…Еще в Средние века европейские страны объединились и образовали Континентальный Имперский Союз, или просто – Империю. Но даже в этой Империи нет мира.
Авторы: Гаврилов Игорь В.
пораженный способностями ученика, прочил его в свои преемники, открывал перед юношей страницы самых секретных жреческих книг, разворачивал в уединенных кельях свитки папируса времен фараонов…
Но в день своего двадцатилетия Родриго исчез, ему пришлись не по нраву упыри-жрецы, видевшие в людях лишь марионеток для игрищ обитателей храма Невидимой Второй Луны. Родриго принял Остров, там он прошел обряд Посвящения, там он искал и находил знания, принесшие ему сказочную славу.
Много сделал могучий маг Родриго Каталонский… Применив новые, невиданные заклятья, нашел Родриго гнездо братства Черного Шара, один явился туда, бросив вызов колдунам братства, и победил, уничтожив великое множество их, и даже превратил в пар настоятеля.
Создал Родриго и этот зал в сердце горы Магов, призвав на помощь огонь земного ядра, проложил множество новых подземных галерей.
Однажды жаждущий знаний маг открыл запретную для смертного дверь. В мгновение ока возник вихрь, увлек Родриго туда, откуда нет возврата, втянул в свою воронку все тома магических книг, все амулеты и иные реликвии, даже сгладил своей силой стены заклинательной пещеры Родриго. Сгинул величайший, окруженный ореолом легенд маг, и никто не превзошел его до сих пор…
…Шаги людей вызвали к жизни шепчущее эхо. Фигурки Посвященных терялись в этом круглом тысячефутовом зале с потолком-полусферой из гранита, оплавленного и отшлифованного затем до гладкости стекла. В стены и потолок были вделаны глыбы чистейшего горного хрусталя, огромные самоцветы, каких не видели сокровищницы земных владык. Пол переливался всеми цветами радуги, иногда становился прозрачным, и тогда всплывали из глубин неизвестности гигантские руны, проступали золотом на глади пола. Стил уверенно шагал через центр зала к противоположной стене, ступал ногами на пятна всех известных цветов, на иллюзорные провалы в камне, на молочно-белые шевелящиеся полоски.
У ворот, украшенных знаками Титулов Посвящения, процессию ждал отец Соломоний. Священник благословил вставшего по традиции на одно колено Великого имперского арбитра, потом повторил то же с другими членами Большого Круга Пятидесяти.
Ворота раскрылись. По винтовой лестнице люди поднялись наверх, в кельи для отдыха и сосредоточения перед важнейшим магическим действом.
Стила пригласил к себе отец Соломоний. Сидя на жесткой скамье в келье со строгой спартанской обстановкой, Великий имперский арбитр впервые за последние дни почувствовал покой и умиротворение.
Соломоний заговорил:
– Знаю, герцог Александр, вы сразились с эарами. Я создал живую карту моря Швейцеров и видел почти все. Я молился за вас…
Отец Соломоний прошелся по келье, взял с одной из многочисленных полок книгу, затем сел напротив Стила за низкий резной столик, подаренный когда-то императором, – единственный предмет роскоши в келье.
– Мы уцелели чудом, мудрейший из Посвященных! – сказал Стил. – Если бы не пушки русичей, могло случиться и так, что Большой Круг Пятидесяти не состоялся бы вовсе. Ледяной Кулак отнял почти все наши силы; я не сомневаюсь в том, что после его освобождения мы были уже не годны для магии и боя. Удайся эарам абордаж, мы все сгинули бы в море.
– Да, герцог, магия и материальные творения людских рук дополнили друг друга в бою с порождениями Миров Ада. В этом я вижу благоприятный знак, – отец Соломоний коснулся креста на груди.
Двое Посвященных высшей степени долго беседовали, им многое надо было обсудить.
Келья не имела магических светильников; потрескивая, горели свечи, в вырубленной в стене нише лежала Вечная Книга, висел над ней древний деревянный крест. Трещины высохшего дерева вобрали в себя островки тени, в мерцающем пламени свечи казались они каплями крови Распятого На Кресте.
Соломоний взял крест, прижал к сердцу, встал на колени подле ниши, склонив голову перед лежащей там книгой. Наступило время одиночества. Стил бесшумно удалился, винтовая лестница привела его к дверям отведенных ему покоев.
Светила перешли полуночную линию, наступил новый день. Ворота открылись, люди вновь нарушили тишину циклопического зала голосами и звуками шагов. Пятьдесят избранных занимали места в вершинах огромного многоугольника, который тотчас, как только в зал вошел последний из членов Большого Круга, зажегся на переливчатом полу. Великий имперский арбитр занял свое место, достал из складок плаща небольшой футляр; щелкнули замочки, и на свет появилась диадема – Мозг Империи.
Вставший напротив Стила отец Соломоний раскрыл обитый сафьяном сундучок – багровым светом осветился зал, запульсировало, забилось Сердце Империи – рубин, размером с голову взрослого
