Этот мир очень похож на наш. В нем те же материки и те же народы, но у него совсем другая история, творимая не только мечом, но и магией…Еще в Средние века европейские страны объединились и образовали Континентальный Имперский Союз, или просто – Империю. Но даже в этой Империи нет мира.
Авторы: Гаврилов Игорь В.
армия эаров. Герцог Стил поразился количеству тварей – способности Посвященного Богу позволяли сосчитать их число. Оно было огромно, ужасно огромно. Напротив воинства Континентального Имперского Союза выстроились триста пятьдесят тысяч чудовищ, выстроились идеально ровными колоннами. Еще один их отряд застыл наготове возле селения Артанжан, готовый к броску на испанских воинов короля Хуана. Возможно, в это время король эаров тоже проводил свой смотр, но если это было и так, то повелитель нелюди или был невидим, или рассматривал собственную армию с большого расстояния…
Эары стояли без движения, даже отвратительные химерические твари, служившие им лошадями и собаками, застыли, подобно горгульям в стенных нишах католического собора. Но вот по их рядам прошла легкая рябь, прямоугольники эарских полков и эскадронов поплыли по вытоптанному полю, по булыжнику тракта Роланда.
Движение было неотвратимо, как неотвратима поднятая ураганом гигантская волна, бегущая по морю. Посвященные своими обостренными чувствами ощущали дрожь земли. Маршировали эары. Зловещие звуки их марша донеслись до катапультных башен, до подковообразных частоколов, за которыми скрывались пушки. Ближе, ближе и ближе.
Грянули литавры, барабаны и трубы, они играли по всему огромному полю. Мелодию марша подхватили все оркестры имперской армии.
Эары приближаются, вибрируют от мерного топота катапультные башни, потрескивают бревна частоколов. Прильнули к пушкам русичи-уральцы.
За линией пушек возникла стена из больших, по грудь воина, щитов, ощетинилась длинными копьями. Стояли в боевом строю пехотинцы – именно они первыми сойдутся в рукопашной с нелюдью. Дробный топот перекрывает звуки музыки. Кажется пехотинцам, конникам и пушкарям, что присутствуют они на параде в аду. Или что это лишь сон – разум не может представить такого наяву, самая изощренная фантазия поэтов и сказочников бледнеет перед зрелищем идущих строем эаров, сотен тысяч эаров.
До нелюдей осталось восемьсот ярдов. Торренс I видел, как махнул рукой пушкарь-наводчик у ближайшего к холму Вечного Стража орудия. Пали! Из ствола вырвался язык пламени, умчалась по высокой дуге бомба, клубы порохового дыма скрыли из виду орудийную прислугу. Тотчас ударили другие пушки, донесся до вершины холма рокот.
Посреди эарских колонн ринулись к небесам облачка разрывов, на землю Энфийской равнины хлынула первая кровь – разных цветов и оттенков кровь нелюдей. Пушки били беспрерывно, шипели в горячих стволах банники, кричали оглохшие от грохота русичи. Какая-то пушка разорвалась – видно, передержали в стволе горящую бомбу. Разлетелись куски металла, посекли людей, жарко пыхнули, взрываясь, картузы с порохом, упал частокол. Вечная память вам, уральцы!
Сотни и сотни эаров убиты, от смертоносных людских снарядов образуются проплешины в рядах чудовищ. Вот включились в бой катапульты, огромные камни давят эаров, как тараканов, падают бочки с жидким огнем, адские твари горят, но продолжают идти живыми факелами. Только когда плоть прогорает до костей, они падают, и следующие втаптывают их, еще шевелящихся, в землю.
Четыреста ярдов до пушек. На людей ринулись своры эарских псов. Существа эти, ростом с крупного дога, имели несоразмерно большие сплюснутые головы, все в шипах и роговых пластинах, пасти с трехгранными зубами-стилетами и мощные конечности с тремя когтями, которым позавидовал бы тигр или лев. Длинные и тонкие, будто у крыс, хвосты этих церберов заканчивались острым костяным жалом.
Пушкари перешли на картечь. Как бы ни был силен и страшен чудовищный пес, ему не устоять перед летящим быстрее звука металлом. Картечь срывала головы, вспарывала животы, отсекала лапы адских собак, доставала эаров, идущих следом. Но стремителен бег тварей, вот они у защитных частоколов, прыгают на них, рвутся к пушкам сзади, где нет торчащих из земли острых бревен. Псы бросались на людей, напарывались на копья, подыхали, утыканные стрелами. Челюсти находили плоть, сжимались с противоестественной силой – не всякий доспех спасал от зубов этих псов, острых и по-стальному прочных. Тяжко пришлось бездоспешным пушкарям – они вышли на бой в белых рубахах, простых полотняных портах. Хотя пришли на помощь мечники и копейщики, много полегло русичей возле своих пушек.
…Было у Фрола Болотова четверо товарищей-земляков, да десяток франкских латников защищал их пушку. Три бомбы успели они бросить, а последним выстрелом побили картечью нескольких псов. Мгновение спустя эарские твари добрались до их маленькой крепости. Перепрыгнув через частокол в полторы сажени, два пса походя загрызли троих людей, остальные напали с тыла, сшиблись с франками.
