Станция мёртвых сердец

Артур тоже не двигался, боясь спугнуть это секундное единение, когда они были просто рядом и не причиняли друг другу боль.
— Как же мало, — прошептал Ретт, закапываясь ещё глубже в волосы Артура, подбираясь губами к шее и беспорядочно целуя влажную кожу.
— Стареешь, — фыркнул Артур.
Ретт резко вышел и рывком развернул Артура лицом к себе, и Артур встретил полный ярости и обиды взгляд.
— Я шучу, Ретт, — сказал он мягко. Провёл пальцами по щеке Дугласа и коротко поцеловал.
Ретт уткнулся носом в изгиб его шеи, почти уронил голову, и пальцы Артура тут же вплелись в его волосы, отмечая, что они стали чуть длинней, и плотнее прижимая Ретта к себе.
— Ты мой, — прошептал Ретт почти бессильно, — только мой.
— Только твой, — Артур прижался к нему изо всех сил, — всегда буду твой.
Они стояли так, и им казалось, что время остановило бег. А потом вдали послышались шаги, и Ретт первым принялся судорожно приводить одежду Артура в порядок. Когда из-за угла показался незнакомый эрханец, его собственные брюки ещё были расстёгнуты, и Артур торопливо вышел вперёд, прикрывая его собой, и силясь сдержать усмешку.
— Уважаемый Карт’Нар, — Артур протянул руки перед собой, пожимая ладонь виновника торжества.
— Мистер Эссекс… Вам не нравится вечер?
— Я в восторге и мой спутник тоже.
Ретт медленно трезвел. Мальчишка всё ещё был там, в зале. Ничего не изменилось.
Когда Артур отпустил руку посла и обернулся к нему, оба уже осознавали ситуацию целиком.
— Поговорим на Астории, — сказал Ретт первым, видя, что молчание затягивается.
— Да не о чем говорить, — Артур отодвинулся, — всё как обычно, мистер Дуглас. Достойный партнёр ждёт за столом. Секретарь для перепиха в коридоре.
Он повернулся, намереваясь дойти всё же до туалета, потому как теперь это было действительно необходимо.
— Артур, — Ретт поймал его руку и сжал до боли, заставляя Эссекса обернуться, — я сказал — поговорим на Астории.
Артур ответил не сразу.
— Хорошо, поговорим, — произнес он медленно и, аккуратно высвободив руку, пошёл прочь.

Поговорить, однако, так и не удалось. Вернувшись на Асторию, Ретт потратил почти сутки на улаживание внезапно возобновившегося конфликта с «Intelligence» — ряд земных партнёров оборвали контракты, и по мнению Мартина за всей этой чередой случайностей чувствовалась рука Гарднера.
— Не понимаю, что он имеет против вас. У «Intelligence» и «Дуглас корп» по сути нет пересекающихся зон влияния… — сообщил он тогда.
Дуглас промолчал. Что имеет против него Гарднер — было очевидно. Но почему именно сейчас он так осмелел, оставалось непонятным.
В течении дня он несколько раз пытался прозвониться Артуру, но телефон того не отвечал. Камера показывала, что Артур работает дома, а вдумываться в причины этого не было времени.
Для полного счастья уже в космопорту выяснилось, что пропал любимый аэромобиль Дугласа, который должен был ожидать его на стоянке. Пропал вместе с шофёром, что было просто смешно — чтобы найти и человека, и машину требовались от силы сутки. Зато в связи с угоном пришлось несколько часов просидеть в участке заполняя бумаги — хотя Дуглас не видел в этом особого смысла, Танака настоял на том, что машина должна числиться в угоне во избежание разного рода подстав.
Только вечером Ретт наконец смог задуматься о том, почему Эссекс не явился в офис. Их последняя встреча прошла неоднозначно — с этим невозможно было спорить. Однако при всей этой неоднозначности Ретт был уверен на все сто, что они не ссорились. Артур действительно хотел того, что произошло в коридоре. Если только потом в его дурной голове все произошедшее не вывернулось наизнанку и не обрело другой смысл.
Взяв в руки телефон, Ретт завис над ним на несколько минут, а потом, подбирая каждое слово, набрал: «Я люблю тебя. Я не хотел тебя обидеть. Не знаю, что ты думаешь сейчас, но я просто хочу поговорить. Можно по телефону, если ты боишься меня. Хотя я бы очень хотел увидеть твои глаза. Я поверю всему, что ты скажешь — иначе уже не могу. Люблю».
Отправил сообщение и отложил телефон на стол. Попытался вызвать Сандберга, но тот, видимо, уже ушёл, так что Ретт вернулся на место и стал ждать, перебирая материалы. Работа не шла. Мозг слишком устал, а нервы были на пределе.
Ретт снова взял в руки телефон. Можно было бы позвонить Танаке и… и что? Спросить «почему он не отвечает?». Танака теперь знал о похождениях Артура не так уж и много — не больше, чем о любом другом сотруднике компании, а Лефевр не спешил делиться