Станция мёртвых сердец

затащил в лифт и нажал кнопку закрытия дверей.
— Двадцать минут вытерпеть не можешь? — он почти швырнул Артура к стене, так что тот стукнулся макушкой о металлическую панель. Секунду Артур смотрел на него с лёгким испугом, а затем взгляд его снова стал непроницаемым, и он отвёл глаза.
— Смотри мне в глаза, Эссекс! — он дёрнул Артура за подбородок вверх, и тот решительно вскинул взгляд в ответ. — О чём он с тобой говорил?
Неуловимая тень промелькнула по лицу Артура, прежде чем он сказал своим привычно ровным светским голосом:
— Он предложил мне двадцать тысяч кредитов за ночь.
Дуглас сам не заметил, как рука рванулась вперед и ладонь вскользь прошлась по щеке Эссекса — только острая грань на ободе обручального кольца впилась в кожу и оставила за собой яркий красный след — будто лепесток розы на молочно белой коже.
Артур высунул язык и слизнул капельку крови.
— Вы платите меньше, мистер Дуглас. Думаете, стоит поразмыслить?
Ответить Дуглас не успел, потому что двери лифта открылись.
— Мистер Дуглас?
Дуглас и Артур синхронно повернулись к двери. Артур легко, чуть болезненно, улыбнулся, Дуглас выдавить из себя улыбку так и не смог.
— Мистер Кёниг, вы нашли посла? — спросил Артур первым, заметив, что молчание затягивается.
Кёниг вошёл в лифт и нажал какую-то кнопку, а затем повернулся к нему.
— Пока нет, говорят, он уже отбыл, очень жаль.
— Да, жаль, — сказал Артур и покосился на Дугласа, внимательно изучая его реакцию, — всегда жаль, когда кто-то ведёт себя не так, как ты ждёшь.
Лифт остановился, и Кёниг вышел, и Артур поспешил выйти следом. Оставаться наедине с взбешённым Дугласом ему абсолютно не хотелось. Ретт скрипнул зубами и последовал за ними.
Ярость его не ослабевала до самого конца вечера. Он с новым мучительным удовольствием отыскивал признаки того, что Артур уже ищет себе более выгодного покровителя. По новому теперь представлялись его постельные неудачи — мальчишка явно дурил ему голову, а он повёлся как младенец.
Дуглас уже собирался уходить с бесперспективного мероприятия, когда увидел вдалеке Клауса Бёлера. Хотя бы эта встреча могла сулить несколько приятных минут, и он не мог удержаться от того, чтобы поприветствовать старого друга.
Бёлера Дуглас знал около шестнадцати лет. Хотя Клаус сам был родом из довольно известной немецкой семьи, они с Реттом сошлись на удивление легко — ещё во времена службы. Именно он познакомил его с Жозефиной и вообще впервые открыл для Дугласа высший свет. Но любил его Ретт не за это. Рядом с этим человеком он всегда чувствовал себя спокойно, будто спина его была надёжно прикрыта.
Бёлер тоже заметил его издалека и тут же протянул руку для рукопожатия. Он улыбнулся — тепло, а не так, как требовал того этикет. А затем перевёл взгляд на Артура.
У Дугласа кольнуло в груди. От Бёлера он подвоха не ожидал. До сих пор.
— Герцог Артур Эссекс, — Артур улыбнулся — на взгляд Дугласа слишком тепло — и протянул руку для пожатия.
Дуглас взял его за запястье и с нажимом — зная, что причиняет боль, отвёл руку вниз.
— Это просто мой новый мальчик. Не обращай внимания.
Во взгляде Бёлера промелькнуло мгновенное понимание, и улыбка его стала ещё более неофициальной.
Артур отвёл глаза. Дугласу показалось, что рука его дрожит, и он сжал запястье ещё крепче, пытаясь силой преодолеть эту дрожь, загнать её в рамки.
— Выпьем? — Клаус отвернулся от Артура и указал на диванчик неподалёку.
Дуглас кивнул, и они уселись друг напротив друга.
Артур остался стоять чуть в стороне, сложив руки на груди, будто ожидая, когда ему предложат сесть.
— Давно тебя не видел, — сказал Ретт, наблюдая, как Бёлер откупоривает неизвестно откуда взявшуюся бутылку виски и разливает по стаканам.
Бёлер кивнул и заметно помрачнел.
— За прошлое, — предложил он. Подняв стаканы, оба не чокаясь сделали по глотку. Потом Клаус поднял на Дугласа тяжёлый взгляд. — Было не до того.
— Опять политика?
Бёлер покачал головой и отвернулся куда-то в зал, делая вид, что высматривает кого-то.
— Знаешь про Альтеру? — спросил он наконец.
Дуглас сдвинул брови и тоже покачал головой. Последнее время он мог позволить себе отслеживать новости только в тех регионах, где непосредственно вёл дела.
— Там эрханцы объявили бойкот. Отказали в ввозе продовольствия и медикаментов.
Дуглас пожал плечами, беды незнакомых людей не вызвали у него жалости.
— Там же основная часть наших плантаций, — пояснил Бёлер, — земли, которые купил ещё отец. Сейчас обрабатывать их невозможно, людей приходится эвакуировать, а это большие затраты. Не