Станция мёртвых сердец

было меньше, чем желающих их купить, и Артур спокойно выставлял ту цену, которую хотел. У него были только элитные издания и по-настоящему хорошая литература. Ассортимент он контролировал сам.
Затем появилось издательство, а ещё через какое-то время дело дошло и до журналов. Тут Артура тоже не интересовали жёлтые страницы — только то, что он сам мог уважать. «Times» стала его мечтой. Эту газету читал его отец, а задолго до этого — его дед. На Асторию она приходила с опозданием почти на сутки и крайне ограниченным тиражом. Тираж так и остался ограниченным. А вот утренний выпуск теперь был по-настоящему утренним.
Артур улыбнулся собственным мыслям. Всё было легко. Так легко, как он и представить себе не мог. Новым был товар, а люди и деньги оставались теми же, что и в «Дуглас корп». Только он теперь не был «мальчиком Дугласа». От осознания того, что его принимают самого, на душе становилось легко. Он больше не боялся приёмов и светских раутов, хоть и не слишком их любил — в редкие часы, свободные от работы, он по-прежнему предпочитал сидеть дома с книжкой в руках. Только теперь это был его собственный дом.
— Покажи хотя бы фотки, — бросил он, когда они с Дэреком уже сидели в гостиной.
Дэрек поднял на него непонимающий взгляд, а потом, вспомнив о чём речь, торопливо кивнул и ушёл куда-то на второй этаж.
Вернулся он минут через пятнадцать с новым номером «Cosmo». На такие журналы Артур не претендовал, — и их существование на Астории позволяло ему не вступать в конфликт с антимонопольными службами.
Дэрек раскрыл журнал где-то на середине, пролистал несколько страниц и завернув корешок протянул ему.
Артур взял журнал, а Адамс уселся на подлокотник его кресла, подглядывая через плечо.
— Мне не нравится, — сказал Артур твёрдо, разглядывая фото, где Дэрек в рваной майке, едва прикрывавшей пупок лежал на ворохе дисков и нотных тетрадей.
— Ты просто ревнуешь, — Дэрек попытался отобрать у него журнал.
— Дэрек, к кому?! — Артур усмехнулся, но когда пальцы Дэрека легли на журнал, потянул его на себя, не желая отдавать, — это же для девчонок лет тринадцати. Самому-то не стыдно?
— Отдай сюда! — обиженный Адамс рванул журнал на себя, но когда тот не поддался, выпустил его из рук. Как раз тогда же сдался и Артур, так что журнал просто плюхнулся на пол. Страницы перелистнулись и Артур замер, увидев на развороте знакомое лицо.
Дэрек посмотрел на журнал, потом на Артура и торопливо отступил назад, а Артур потянулся к изданию и взяв его в руки прочитал заголовок:
«Ретт Дуглас. Путешествие продолжается».
Внутри что-то дрогнуло.
Артур перевёл взгляд на фотографию. «В сорок два года хозяин крупнейшей транспортной компании в Федерации всё ещё чувствует себя молодым».
На фотографии Ретт улыбался. Той улыбкой, которой светились все его газетные фото. Совсем не похожей на улыбку настоящего Ретта.
Правая рука его обнимала светловолосого мальчика в дорогом сером костюме. Артур сразу же узнал работу портного, услугами которого два года пользовался сам.
Он усмехнулся и поднял на Дэрека пустой взгляд.
— Вот уж правда, седина в бороду, бес в ребро. Никогда не успокоится.
Дэрек промолчал.
Артур встал и отбросил номер на диван.
— Пойду, поработаю, — сказал он, — надо посмотреть дизайнерские проекты.
Дэрек молча проследил, как Артур поднимается по лестнице на второй этаж, но так ничего и не сказал.

— Ретт?
Дуглас посмотрел на часы. Была ещё только половина шестого, и Джереми по всем правилам этикета должен был бы ждать его в приёмной. Джереми и правила этикета — были вещами несовместимыми.
Ретт никак не мог понять, в самом деле мальчишка влюбился или попросту слишком ревностно отрабатывает своё содержание, но Джереми Уоткинс всегда приходил на встречи на полчаса раньше, после секса лежал в постели на полчаса дольше и говорил в два раза больше, чем хотел бы Ретт.
Джереми был милым мальчиком. Он был изящным и утончённым, прекрасно смотрелся в смокинге и ещё лучше — без него. И всё-таки его было слишком много.
Ретт встретил Уоткинса на презентации нового вина, которую проводил Бёлер, и тем же вечером Джереми абсолютно легко оказался у него в постели. Ретт думал, что наутро всё закончится, и мальчишка исчезнет — как и полагается вежливой шлюхе, но Джереми снова попался ему на глаза уже утром. Оказалось, он жил в том же отеле, что и Ретт.
Дуглас долго гадал, кто этот мальчик — вёл он себя скромно, как будто воспитывался в приличной семье, отдавался с душой и при этом ничуть не стеснялся