Станция мёртвых сердец

это место пальцами и снова целовал.
— Как давно я хотел этого, — прошептал Артур, прижимаясь щекой к пупку Ретта и чуть потираясь о его живот собственной нежной кожей.
Член Ретта отозвался на эту близость лёгким движением, будто сам просился ему в рот, и Артур поймал его губами. Обвёл языком головку и пощекотал уздечку. Услышав шумный выдох, выпустил его на свободу и вгляделся в глаза Ретта.
— Ты сводишь меня с ума.
— Я ничего не делаю, — Ретт горько усмехнулся. — Даже шевельнуться не могу.
— Ты сводишь меня с ума просто тем, что ты есть.
Артур снова опустил лицо и, скользнув дыханием по головке, приник губами к внутренней стороне бедра.
— Ты чувствуешь? — спросил он, не поднимая глаз.
Ретт долго молчал, и, не дожидаясь ответа, Артур чуть раздвинул его ноги и коснувшись губами яичка, втянул его в себя.
Ретт ахнул, и этот ответ уже был достаточно ясным. Артур выпустил яичко и тут же прошёлся по нему языком. Точно так же поймал другое, и чуть пососав, отпустил. Затем скользнул языком к основанию члена и провёл им по всему стволу. Поцеловал головку и отстранился буквально на сантиметр, всё ещё касаясь плоти Дугласа дыханием.
— Что ты творишь? — выдохнул тот.
— Проверяю твою чувствительность, — Артур высунул язык и, чуть коснувшись им уретры, опять отодвинулся на пару миллиметров.
Ретт резко выдохнул и качнул бёдрами навстречу. Лицо его тут же исказила боль.
— Ретт! — Артур мгновенно сдвинулся наверх и обнял его, одновременно удерживая и не давая изогнуть спину. — Тихо, перестань.
На виске Ретта блеснула капля пота, и Ретт отвёл взгляд, но Артур тут же чуть повернул к себе его лицо.
— Но ты чувствуешь, — сказал он уверенно.
— Да… — выдохнул Ретт, — двигаться… трудно.
— Не двигайся, — Артур принялся поглаживать его грудь, теперь уже просто успокаивая, — не двигайся, я всё сделаю сам. Как ты хочешь?
Ретт непонимающе посмотрел на него.
Артур потянулся, лёгким движением расплетая ленту, поднёс одну его руку к лицу и, поцеловав пальцы, втянул в рот на одну фалангу, чтобы тут же отпустить.
— Так, — он ещё раз поцеловал подушечки и, подведя руку Ретта к собственному бедру, завёл её назад, заставляя коснуться пальцами уже растянутого входа, — или так.
Ретт резко выдохнул и, обхватив Артура обеими руками, притянул его к себе, заставляя коснуться губами своих губ. Артур с жадностью ответил на поцелуй и снова перекинул ногу через бедро Ретта, устраиваясь сверху.
— Я сейчас вообще ничего не дождусь, — пробормотал Ретт, выпуская его губы, но искорки в глазах выдавали его с головой.
Артур привстал и, поймав ягодицами головку члена, замер.
— Только не двигайся, — напомнил он.
Ретт явно уже начинал злиться. Обхватив его бока руками, он попросту потянул Артура вниз, и тот охнул.
— Стой…
Стоять было уже поздно. Член Ретта пульсировал глубоко внутри, и мышцы судорожно сжимались вокруг него так, что оба замерли, балансируя на грани боли и наслаждения.
— Ты всегда был таким узким? — спросил Ретт, разглядывая искажённое болью лицо и закушенную губу. Руки его теперь медленно поглаживали напряжённые бока Артура.
— Не… знаю… — выдохнул Артур, — просто… я два года ни с кем.
Поймав удивлённый взгляд Ретта, он усмехнулся и, наклонившись, поцеловал его в губы.
— Я только с тобой так хочу, Ретт. Ты мне снился. Снилось, как я касаюсь этого тела, — Артур провёл пальцами по груди Дугласа, — как я целую тебя, — он коснулся губами приоткрытых губ Ретта и, чуть втянув внутрь одну из них, тут же отпустил, — снился ты во мне.
Ретт притянул его вплотную, заставляя продолжить поцелуй, и принялся гладить по спине. Артур медленно расслаблялся и понемногу начал двигаться, не переставая целовать Ретта и скользить руками по его плечам и груди.
— Я скучал, — выдохнул он.
Руки Ретта неожиданно оказались на его ягодицах, с силой сжали их и приподняли Артура, заставив тут же под весом собственного тела резко опуститься вниз. Артур понял намёк и задвигался быстрее. Поймав одну руку Ретта, перевёл её с бедра на собственный член и хотел было убрать пальцы, но Ретт удержал его кисть, заставляя двигаться вместе с ним. Другой рукой Артуру удерживал себя навесу, пока наслаждение не разорвало реальность на осколки. Сжав мышцы, он почувствовал, как так же с шумным выдохом Ретт изливается внутри него, и рухнул, уже окончательно забывая об осторожности и о том, что может причинить боль.
Оба долго лежали почти неподвижно. Ретт слабо водил пальцами по спине Артура, а Артур просто уткнулся носом ему в плечо и не шевелился.
— Подожди, — сказал он наконец с тяжёлым вздохом